Песнь безродного - Карина Володина Страница 90

— Екатерина и Джозеф – не мои родители, мистер Кюль.

— Да мне плевать, – вдруг зло шипит Кюль. – Хватит нести эту чушь! Хва-тит! Сейчас же…

— Нет.

— Что будет у «Пинты»? – интересуется Тома.

— В каком смысле, – кажется, Кюль вот-вот подавится слюной, – «что будет»? Занятия!

— То есть новые упражнения?

— Естеств…

— Тогда мы доедем до «Пинты» вместе с вами, – говорит Тома.

— Что?..

— Мы сядем в машину, – Тома кивает на автомобиль, – доедем до «Пинты» и посмотрим, подойдут ли нам ваши новые упражнения. Или мы просто пойдём в академию. Либо так, либо так. Мистер Кюль.

Кюль снова замолкает. На этот раз – ошарашенно.

— Нет, вы этого не сделаете, – говорит он. – Вы не сделаете ничего из эт…

— Либо вы впускаете нас в машину, либо мы разворачиваемся и уходим, – подхватываю я. – Мы не будем бегать… даже ходить в таких погодных условиях. Но мы согласны посмотреть на дальнейшую программу.

— Ах, вы «согласны», – цедит Кюль. – И вы правда рассчитываете, что вам за это ничего не будет?

— Откройте дверь, мистер Кюль, – просто отвечаю я. – Или мы уйдём. Мы не отказываемся от занятий. Только от этой части. Давайте пойдём друг другу навстречу.

— У меня нет на вас времени, – обессиленно отвечает Кюль.

— Так давайте его сэкономим.

— Нет, – отвечает Кюль.

И жмёт на газ.

— Дрянь, – говорит Тома ему вслед чуть громче, чем следовало бы.

— Что ж, попытаться стоило, – говорю я.

— Всё ещё можно его снять, – говорит Дан.

Мы оборачиваемся.

— Как он ездит на «Мерседесе» за студентами, которых заставляет бегать по этому дерьму, – поясняет Дан. – Можно всё-таки его догнать. И снять.

Впервые я слышу в голосе миролюбивого Дана нечто нехорошее.

— Ну он едет не так уж и быстро, – задумчиво замечает Тома. – И бежать не придётся. Можно попробовать. Алин?

— Можно попробовать, – киваю я. – Я всё равно хочу посмотреть, что дальше по программе.

— Вот и посмотрим, – заключает Тома.

Мы выбираемся из укрытия, когда машина исчезает за очередным поворотом; снимать сейчас смысла нет – надо, чтобы Кюль кого-то догнал. Тома подхватывает Дана под локоть, я делаю то же самое, выуживая телефон из спортивных штанов.

И минут через пять начинается: Кюль протяжно сигналит.

— Какого чёрта вы здесь застряли?! Вы что, делаете по шагу в минуту? Вульпе, ты хочешь повторения прошлого года?! Я устрою!

— Быстрее, быстрее, – лихорадочно шипит Тома, дёргая нас с Даном вперёд. – Алин, снимай!

Я торопливо включаю камеру. Мы выскакиваем из-за поворота – и вот оно.

Высовывающийся из окна машины Кюль, злобно орущий на Ферку с Сильваной.

— Я устала, – флегматично отвечает Сильвана, не двигаясь с места. В её пальцах зажата сигарета – удивительно, как она не потухла под таким ливнем. – Мы отдыхаем.

— Отдыхаете?! А я разрешал вам… – Кюль замечает нас. – Ага, всё-таки… Ты что, меня снимаешь? Староста!

— Не отвлекайтесь, мистер Кюль, – отвечаю я. – Продолжайте. Сильвана Ковач и Ферка Вульпе остановились отдохнуть во время задания, предложенного мастером Беттерсом Кюлем: бежать несколько километров под проливным дождём по размытой дороге мимо обрыва до местной пивной «Пинты». Элиза Трипон и Флорин Ротару, видимо, подошли к заданию более ответственно и не останавливаются вообще. Сильвана, вы хотите как-нибудь прокомментировать ситуацию?