Попаданка. Комедия с бытовым огоньком - Елена Саринова Страница 91

— Хозяйка, эти дубы могут и боле, — Паисий, все так же опираясь на трость, с неприкрытой любовью обвел маленькими глазками шумящую под ветром, словно что-то шепчущую листву. — Только если…

— Я позабочусь о тебе — ты позаботишься боле о них. У нас будет сделка.

— И-и, позволь, нет, Нифонтий, не фырчи, не дать твоей ведьме совет.

— Да какой там совет? — всё ж фыркнул кот. — Я уж давно заприметил ее за дальними кустами смородины. Ты ж, ну?..

— Да, — прищурившись, выдохнул лесовик. — Хозяйка, там моя внучка. За нее тебе челом хочу бить. Гликерия, Гликочка, выходи! Грозный дух-хранитель тебя не тронет, не бойся!

Когда мы задумчиво в пролетке ехали из дубравы домой…

— Ну и зачем тебе эта луговица, а, скажи?

Задумчивость общая продолжалась недолго. Я глянула на старушку рядом. Вздохнула. В памяти стыла маленькая, словно детская, и чрезвычайно худая рука, протянутая ко мне. Максимум доверия, а еще подавленный панический страх…

Ведьмы эмоции чувствуют, когда принимают на службу. Обидели, выгнали с собственного заливного лужка. А ведь это наша земля! И я ее обязательно верну.

— И еще конфеты дала. Те, что Святой отец Ганне передал. И пеньку мудро-старому и этой зашуганной Гликочке.

— Нифонтий? — отвлекаясь от мыслей, хихикнула я. Кот на моих коленях дернулся. Я и вовсе, запрокинув голову к небу и солнцу, рассмеялась. — Да ну вас обоих! Нифонтий, не ревнуй. Мавра Зотовна, а вы знаете, что у нас на пустыре за забором строится?

— Как не знать? — удивленно развернулась ко мне та. — Огромные твои ранжереи!

— Во-от! Нифонтий, а скажи, сколько трав и цветов может вырастить луговица, пусть даже такая маленькая и одна?

— Да много, — буркнул кот. — Много чего она одна может… И в спячку даже не обязательно на зиму ей впадать.

— А отчего так? — словно знаток нечисти, приподняла брови старушка.

Нифонтий потянулся, зевнув, и вновь расслабляясь на моих мягких коленях:

— Да потому как в оранжереях печи и там круглогодично тепло… Варвара?

— М-м-м? — улыбалась я, подставив ветру лицо.

— Значит завтра едем в тот магазин покупать для пополнения наряды?

— Угу… А чего хочешь ты?

— Я? — дернул ухом мой грозный (ну вы бы подумали только!) кот. — Я-я… Ну разве только в другом магазине. Конфет. Для меняи скромника Селивана…

Глава 41

«Ташенлямпе».

Причины и следствие…

Запланированное на следующий день занятие в цветочной лавке и покупочный рейд прошли без потрясений. Лишь из «неловкостей» промелькнул по краю сознания озадаченный взгляд хозяйки магазина детской одежды. Того, где я недавно брала полные комплекты Нифонтию и Селивану. А теперь приехала снова, брать на «мальчика чуть постарше»… и еще девочку… Та-ак. А почему я оправдываться должна? Брови вскинуть, голову набок, поджать недоуменные губы и-и…

— Ой! — и эта ханжа встрепенулась и в словесах понеслась. — А вы знаете, уважаемая госпожа⁈ Качественный сарафанчик и нижнюю вышитую рубаху для вас я найду! Найду. Гортензия⁈ Из оставшихся после прошлого детского бала у нашего градоначальника на Рождество. Гортензия⁈ Кое-что осталось, сохранилось. Гортензия, где тебя носит⁈ Живо в малую кладовую! Короб с надписью «Остатки, бал, Рождество-19». Набор «Селяночка» там и-и сюда!.. И что? Прилагается высокий кокошник? Госпожа?.. Гортензия, да ну его, этот кокошник!