Ведьмы. Ру 3 - Екатерина Насута Страница 92

Глава 20

Где речь идёт об опасностях карьерного роста в отдельно взятых организациях

Лейтенант научился притуплять болезненные ощущения. За семь лет службы он получал не мало серьезных ранений. Некоторые были даже смертельными.

Биография генерала Н., написанная по следам его воспоминаний

— Эй, Пигалёв? Ты там камеру бракованную повесил, что ли? — наблюдатель потянулся и потёр шею, которая затекла от долгого сидения в одной позе. Впрочем, новая поза была ничуть не лучше, потому что заныла поясница, а нога, которую он попытался вытянуть, упёрлась в короб.

— Какую выдали, такую и повесил, — буркнул Пигалёв, горбясь. — И вообще, сигнал на проверке шёл, так что не ко мне вопрос.

— Шёл. А теперь не идёт, — человек потянулся и постучал пальцем по экрану, будто это могло как-то прогнать черноту.

— Вижу, что не идёт.

— И?

— Чего «и»? Может, аккумулятор сдох. Или ещё чего. Я ж откуда знаю!

— И звука нет.

— Хреново.

— Сам знаю, что хреново! Делать-то чего? Как этот твой?

Наблюдатель обернулся, бросив взгляд на ещё одного пассажира тёмного фургончика, который скрылся в недрах старого завода. В отличие от Пигалёва, этот был тих и в целом признаков жизни не подавал.

— Обыкновенно. Лежит. Набери Вахрякова.

— Он меня пошлёт куда подальше.

— Тогда Сергеева. Он же операцию курирует.

— Орать станет, — звонить кому бы то ни было наблюдателю не хотелось. И он предложил. — Может, просто отведём. А там как-нибудь…

— Как?

— Как… как-нибудь… ну, с телефона запишем… постоим в сторонке. Там же ж ритуал пошёл? Пошёл. Стало быть, надышались они сполна. Теперь…

— Звони, — покачал головой Пигалёв. — Лучше сказать. А то потом повесят всех собак.

Его напарник поморщился, но всё-таки взялся за телефон.

— Сергеев не отвечает. Ты как знаешь, Вахрякову я звонить не стану. Самих крайними и сделает. Он и так с утра орал, как потерпевший. Если сейчас дёрнем, точно пришибёт. Предлагаю всё-таки действовать по сценарию. Отведём этого… ну и по ситуации.

— А если эти шизики на нас бросятся? — идея Пигалёву категорически не нравилась, как и в принципе происходящее. Когда камера навернулась, он понадеялся, что операцию отменят, но…

— Да не боись, — напарник был полон трудового энтузиазма. — На самом деле ничего там сложного. Им эта штука мозги скукожит. И злости прибавит. Надо будет только направить. Втолкнуть этого вот и заорать, что он их демона козлом обозвал! Дальше у них и замкнёт.

Идиотский план. Но ведь не откажешься.

Доложит. Вон как вперился взглядом, явно выискивая слабину.

И ладно бы только Вахрякову, но ведь от него дальше уйдёт. А там, дальше, Пигалёва сочтут ненадёжным. Наверняка, уже считают, если сюда определили. Его дело — периметр охранять. Он и охранял, стараясь не слишком вникать в то, что происходит внутри этого периметра. Ещё батя его, умный человек, повторял, что во многих знаниях многие печали. Бате Пигалёв верил. И до недавнего времени получалось, чтоб не лезть, чтоб без этого вот всего. А тут прям из отпуска выдернули. Людей у них нет. ЧП случилось. Ага. И надо только вот сопроводить клиента, проследить, чтоб доставили… потому и двое всего.

Типа из-за ночного происшествия треть команды осталась.

А на деле, небось, всё это — подстава. Проверка. И теперь спецгруппа сидит где-нибудь да наблюдает, как Пигалёв, стало быть, себя поведёт. Откажется? Мигом ляжет вместе с объектом.