Русские заветные сказки - Александр Николаевич Афанасьев Страница 34

— Экая славная водка! – говорит поп хозяину, – Ты бы послал кого за попадьёю, и она б выпила.

— Я сам пойду за ней, батюшка!

— Поди, свет!

Пришёл мужик и зовёт попадью.

— Спасибо, что нас не забываешь! Сейчас оденусь! – говорит попадья.

Стала убираться да наряжаться, положила на лавку золотые серьги, а сама принялась умываться; только смочила глаза водою – а мужик взял и спрятал к себе серьги. Умылась попадья и давай искать серёг – нет нигде.

— Не ты ли, мужичок, взял? – спрашивает она у мужика.

— Как можно, матушка! Я хоть и видел, куда они запропастились, да сказать совестно.

— Ничего, сказывай!

— Ты, матушка, на скамью-то села, а пизда их и съела!

— Нельзя ли как достать их оттудова?

— Пожалуй, для тебя постараюсь!

Заворотил ей подол, запендрячил и начал валять; отделал раз, другой и вытащил свой кляп и повесил ему на плешь одну серёжку.

— Вот достал, матушка!

Слазил на попадью ещё раза два, достал и другую серьгу.

— Замучился ты, бедной! Да уж потрудись ещё: третьего года пропал у нас медный чугун, поищи его, нет ли и его там!

Отработал её мужик ещё раза два.

— Нет, матушка, не достанешь! Чугун-то он тут, да повернулся дном кверху, зацепить не за что!

Вот покончивши это дело, пришла попадья к мужику на крестины и говорит:

— А ты, батька, чай заждался?

— И то заждался!.. Тебя, – говорит мужик, – только за смертью посылать!

— Что ты, батька, вить у меня было серьги пропали; я положила их на лавку да сама-то села, а пизда их и съела; спасибо мужику, уж он мне достал!

Поп услыхал и надулся, сидит как сыч. Вот тебе, невестка, на отместку!

Поповская семья и батрак

В некотором царстве, в нашем государстве жил-был поп с попадьёй, у него было три дочери да батрак. Вот этот батрак и задумал: как бы подобраться к поповым дочерям. Попросить-то прямо не смел; дождался он праздника, взял с собою котелок и пошёл в сарай, налил в котелок воды, разложил огонь и давай кипятить воду. Поп воротился от обедни и сел обедать с женою и дочерьми да и спрашивает:

— А где же батрак?

— В сарае, – говорит попадья, – что-то всё утро работает.

— Что вы, безбожницы, послали его работать – эдакий нынче праздник! Или в вас Бога-то нет?

— Мы его не усылали; он сам пошёл.

— Ступай, – сказал поп старшей дочери, – сходи за ним, чтобы шёл обедать.

Поповна побежала в сарай; прибежала и спрашивает:

— Что ты, батрак, варишь?

— Сласть!

— Дай-ка хлебнуть!

— А дай ёбнуть!

Поповна заворотила подол, а батрак и ну её талить; отделал и дал хлебнуть. Она хлебнула.

— Вода как вода, – говорит и ушла назад.

Приходит в избу, поп спрашивает ее:

— Что ж батрак нейдет?

— Что-то работает!

— Дура! Ведь я сказал, чтобы все бросил да шел обедать.

— Поди ты, – говорит поп средней дочери, – гони его сюда!

Побежала средняя дочь и спросила:

— Что ты, батрак, варишь?

— Сласть!

— Дай мне хлебнуть!

— Дай-ка раз ебнуть!

Тут он и эту отвалял и дал после хлебнуть.

— Как есть вода! – говорит поповна и убежала назад.

— Что ж батрак? – спрашивает поп.

— Нейдет, что-то все возится!

Послал поп меньшую дочь. Пришла она в сарай и тоже спросила:

— Батрак! Что ты варишь?

— Сласть!

— Дай-ка мне хлебнуть!

— Дай разок ебнуть!

Поповна дала ему разок, хлебнула воды и ушла в избу. Поп осердился и говорит:

— Все вы дурищи! Поди ты, попадья! Зови его, чтоб сейчас шел!