Лекарь для Дракона или (не)вернуть генералу власть - Ольга Ваниль Страница 10

И это было так легко, так приятно, так правильно — улыбаться просто потому, что хочется, без натянутости, без усилия, без горечи на языке.

Меня ничего не сковывало.

Никаких якорей, никаких кредитов, никаких обязательств.

Я была свободна — впервые за долгие, долгие годы.

А передо мной стоял красивый мужчина с конём, мускулистый, широкоплечий, и его ладони — большие, сильные, с мозолями от меча и поводьев — выглядели так, будто могли жадно ухватить меня за бёдра и притянуть к себе, и тогда я точно не смогла бы устоять...

— Тариэль, — окликнула мужчину женщина в диадеме, — помоги сестре взобраться на лошадь.

Сестре?

Я моргнула.

Сестре?!

То есть этот роскошный мужчина с улыбкой греческого бога и ладонями моей мечты — мой брат?

А я, получается, его сестра?

Вот облом так облом.

Кто бы мог подумать, что стоит мне впервые за три года позволить себе грязную фантазию про мужские руки на моих бёдрах — и этот мужчина окажется родственником. Братом, господи боже.

Это было одновременно мерзко и нелепо.

Меня чуть не передёрнуло от отвращения к собственным мыслям.

Тариэль — мой брат, надо же — протянул мне свою тёплую, сильную ладонь, и я услышала его голос, мягкий и нежный:

— Приветствую, сестра. Я рад, что ты прошла обряд и осталась жива. Теперь у нас есть шанс победить.

Осталась жива?

То есть я могла умереть во время этого непонятного обряда?

Прекрасно, просто прекрасно.

И ладно ещё это — судя по его словам, на меня возложили какой-то неподъёмный груз в виде победы!

Какой ещё победы?

Над кем?

Вы шутите?

Я обычный фармацевт, аптекарь со стажем, и если я когда и одерживала победы, то разве что когда наконец понимала, какое лекарство пытается описать пенсионер, мешая названия, показания и рекламные слоганы в одну кашу. Или когда у кассы мялась девчонка лет четырнадцати, краснея до корней волос и не решаясь произнести простое слово — «прокладки». Таких я научилась распознавать за секунду и спасала от мучений быстрым «тебе обычные или с крылышками?».

Но Тариэль явно говорил о совсем другой победе.

И его меч был точно не бутафорским, и лук за спиной выглядел так, будто из него не раз стреляли по живым мишеням.

Хотя, справедливости ради, мне однажды довелось видеть сорокалетнего мужика с игрушечным автоматом, и его лицо сияло счастьем куда ярче, чем после горячего секса.

Дети.

Все мужики — дети.

Но что-то подсказывало мне, что здесь играми и не пахло.

Глава 4

Я вложила свою ладонь в ладонь Тариэля, и он ловко помог мне взобраться в седло — одним плавным движением, будто я весила не больше пёрышка.

Я даже не ожидала от себя такой молодой прыти.

Оттолкнулась от травы и просто взлетела, усевшись верхом так легко и естественно, будто делала это каждый день по сотне раз, будто всю жизнь провела в седле, а не в тесном закутке за аптечным прилавком.

Тариэль взялся за поводья и развернул белоснежную кобылу к лесу, и вот я уже возвышалась над всеми, покачиваясь в такт неспешным шагам лошади, а меня вели вглубь этого невозможного, сказочного леса.

Надеюсь, впереди не окажется какого-нибудь подвоха, и меня не отправят прямиком на войну или ещё куда похуже.

Но стоило опустить взгляд на Тариэля, шагающего рядом, и тревога отступала сама собой.

Серебристые волосы, собранные в тугой хвост, покачивались в такт шагам, открывая загорелую шею и широкие плечи, обтянутые кожаным жилетом. С каждым движением жилет натягивался на спине, обрисовывая мышцы, перекатывающиеся под кожей, и я невольно залюбовалась этой картиной, позволив себе на секунду пофантазировать о том, как эти плечи выглядят без жилета...