Янтч - Майлз Нортон Страница 102

А сейчас… Сейчас он стоял в своей золотой клетке, с оружием у головы, и плакал из-за какого-то Джона. Из-за его Оливии. Из-за их сломанной любви, которой он, Фрэнк, никогда не имел.

Палец на спуске дрогнул. Не сейчас. Не так.

Он опустил пистолет. Мысль ударила в висок, как шальная пуля. Фрэнк замер.

Пистолет еще теплый в его руке. Еще пахнет порохом от вчерашнего «дела». Еще помнит, как ложится в правильные руки.

Но сейчас… Сейчас он сжимал его слишком сильно.

План. Нужен план. Предупредить Джона – нельзя. Телефоны под колпаком. Убрать Карла – смешно. Даже мысли об этом пахнут могилой. Исчезнуть вместе с Джоном – куда? У Карла длинные руки.

Фрэнк вдруг осознал, что улыбается. Черт. Такого не было лет десять.

Он подошел к окну (пуленепробиваемому, но бесполезному). Город спал. Где-то там Джон – тоже. Не зная, что рядом…

Нет. Не завтра.

Фрэнк рванул к шкафу, выдрал ложную стенку (там лежало «на черный день» – паспорта, деньги, ключи от старой Toyota).

«Черный день» настал. Фрэнк рванул шкаф нараспашку.

Спортивная сумка (черная, без логотипов, как и всё в его жизни) шлепнулась на кровать. Молниеносные движения: пачка денег (не отмытых, на случай «аварийного выхода»), чистый паспорт (не его фото, но его глаза на снимке), «глушилка» (самодельная, проверенная в деле), второй ствол (маленький, грязный, без регистрации).

Каждый предмет летел в сумку с металлическим стуком. Остановился перед фотографией в рамке (подарок Джона на какое то Рождество: они оба пьяные, гримасничают). Рука дрогнула.

— Ты же не станешь сентиментальным, старина?

Выдрал фото из рамки, смял в кулаке – швырнул в сумку.

Последний взгляд на квартиру: дизайнерский светильник (никогда не включал), дорогая аудиосистема (никогда не слушал), кровать (никогда не спал спокойно).

Хлопнул дверью. Лифт (камеры в углу) не вызвал. Шагнул на лестницу – тьма, запах бетона и собственного пота.

12 этажей вниз. 12 этажей к свободе. На площадке между 3-м и 2-м – замер.

Телефон в кармане вибрировал. Телефонный экран светился в темноте лестничной клетки, как глаз демона.

«Карл. Приезжай. Есть План».

Фрэнк замер.

Ловушка?

Или…

Сумка (тяжелая как грех) напрягла плечо.

Два варианта: бежать – сейчас, немедленно, пока Карл не поднял тревогу или приехать – сыграть в покер с дьяволом в последний раз.

Фрэнк провел рукой по лицу – липкий пот, дрожь в пальцах.

— Ты доверяешь мне, Фрэнк?

Голос Карла в памяти.

— Как себе.

— Вот и правильно.

Фрэнк набрал номер. Один гудок. Два.

— Я в пути.

Он вышел на улицу. Рассвет разрывал небо кровавыми полосами. Машина, обычная, ждала на прежнем месте. Фрэнк поставил сумку в багажник. Машина рванула.

Фрэнк смотрел в окно. Город просыпался.

Спустя какое-то время в офисе Карла.

Темный кабинет Карла. Единственный источник света – тусклая лампа на стальном столе, отбрасывающая острые тени. Стены, обитые звукопоглощающими панелями, делают пространство глухим, как склеп. В воздухе витает запах дорогого виски, сигарного дыма и чего-то металлического – может быть, крови или оружия.

Фрэнк шагнул внутрь. Его кожаные ботинки бесшумно прилипли к черному мраморному полу. За спиной дверь закрылась с мягким шипением петель, отрезая последний путь к отступлению.

Карл стоял у панорамного окна с тонированными стеклами. Его силуэт растворялся в отражении города. В руке – хрустальный бокал, где янтарная жидкость медленно стекала по стенкам, оставляя жирные следы.