Крест за Базарджик - Андрей Булычев Страница 102

— Заходим, – распорядился Тимофей. – Час передышки. Перекусываем сами, поим коней и задаём корм. Вперёд!

Расположились в центре, на небольшой сельской площади подле колодца. Спрятавшиеся при виде военных местные потихоньку начали выходить из домов, и уже образовался своеобразный торг. Подносили в кувшинах молоко и простоквашу, фрукты, виноград, сыр и лепёшки.

— Лёнька, Ваня, глядите только, чтобы без хмельного! – прикрикнул, поднося ведро с водой Янтарю, Гончаров. – А то я вижу, что там местные в кувшинах подсовывают. Не дай Бог узнаю, что кто-нибудь просто пригубил! Пришибу!

— Не переживайте, Тимофей Иванович! – откликнулся Блохин. – Дураков нет! Порядок все знают!

— Ваше благородие, расспросил я языка, пока ехали, – обратился к командиру взвода Чанов. – Как увидал, что его увозят, гонор-то с него спал, а то всё ведь брыкался. Так вот, как я понял, что он мне через пень-колоду разъяснил, в Варне этой тысячи две с хвостиком всего турок. Велено им на крепости все порушенные нашими укрепления восстановить и никуда пока не лезть. Провианта и припасов в крепости мало совсем, поэтому ни о каком большом войске, чтобы его там держать, пока и речи не идёт. А если вдруг русские снова большими силами подойдут, то велено было Варну оставить, потому как укрепления там сейчас слабые и пушек совсем мало, и уходить из неё за протоку. Вот они и сторожили паром, потому как это главный путь к отступлению, ну и по морю, конечно, можно, хотя, говорит, побаиваются наших кораблей.

— Как же ты с ним изъясниться-то сумел, Ваня? – покачав головой, поинтересовался Тимофей. – Я вон пытался учить турецкий, но и пары фраз толком связать не могу.

— Да это не всё ведь языком, ваше благородие, – усмехнувшись, сказал унтер-офицер. – Где-то и на пальцах показать можно, а про корабли и про море он вообще на песке прутиком рисовал, и я только потом лишь смекнул, о чём это он бормочет.

— Ладно, это хорошо, что ты его понял, Ваня, – заметил Гончаров. – Теперь бы только до штабных довезти.

— Вечереет, – произнёс, подойдя, Блохин. – Может, в селе заночуем, а Тимофей Иванович? Темень тут быстро накатывает. Ещё часок – и дорогу толком не разглядишь, шагом будем плестись. А тут и крыша над головой, отдыхать лучше.

— Ты что скажешь, Иван Ильич? – покосился на Чанова Тимофей.

— Так-то оно, конечно, в селе лучше ночевать, – задумчиво проговорил тот. – Но если и правда за нами погоня, то и она к селу будет спешить. Для турок ведь тоже лучший отдых ночью под крышей, вряд ли им самим нравится по неизвестной дороге в темноте шарахаться.

— Вот! Всё правильно! – воскликнул Гончаров. – Я тоже так же думаю. Про погоню, что она есть, не могу утверждать, но уверен, что опасаться её нам определённо следует. Как бы наше командование поступило, если бы у нас далеко в тылу турки переправу спалили и офицера выкрали?

— Так понятно, что погоню бы вслед выслали, – уверенно заявил Чанов. – Уж сотню казаков – это точно. А то и две.

— Ну да-а, это верно, – согласился Блохин. – Пойду тогда я ребят потороплю.

Прошло немного времени, и в сгущавшихся сумерках отряд драгун выскочил по слабо набитой дороге на запад.

— Марк, останешься со своими у села, – распорядился прапорщик. – Часа три около околицы скрытно постоите, если ничего интересного не будет, значит, уходите вслед за нами. Мы немного отойдём и встанем на отдых у дороги.