Крест за Базарджик - Андрей Булычев Страница 103

Коням, да и людям, требовался отдых, поэтому далеко в темноте не отъезжали. Вёрст через пять остановились на примеченной ещё в прошлый проход полянке рядом с дорогой и озером, в которое впадал небольшой ручей. Расседлали коней и, спутав им ноги, пустили пастись.

— Костры не разжигаем, вьюки и оружие держим под рукой, – распорядился командир взвода. – Снедь в селе наменяли, так что перекусываем и отдыхаем. Подъём будет затемно. Первая смена караула – за пятёркой Ярыгина, вторая – за пятёркой Рожкова, третья будет за пятёркой Ковригина.

— Вашбродь, сюда ступайте, – позвал Тимофея Клушин. – Под кустиком вам постелил. Садитесь пока, покушайте. Вот мясо в вощанке, холодное оно, конечно, но ничего, проверил его – не заветрилось. Это то самое, которое ребятки из османского караула из котлов прихватили. Тут же лепёшечка, лучок из села и сыра кус. А это вам гостинец. – И открыл тряпицу. – Виноград и сливы, ох и сладкие. Я промыл всё в ручье, не переживайте.

— Спасибо, Степанович, – поблагодарил денщика Тимофей. – На руки мне польёшь?

— Полью, ваше благородие. – Дядька с готовностью подхватил прислонённое к дереву ведро. – Не надо флягу, вот же есть вода. Холодная, из ручья её только зачерпнул.

— Садись, Степанович. – Тимофей кивнул на полог. – Садись, садись, а то мне одному еда в горло не полезет. И бери не стесняясь, мне одному много. Завтрака у нас не будет, а мясо точно в такой духоте испортится. Да садись, я же сказал!

— Ну, я тут тогда с краешку, – произнёс Клушин, повинуясь.

Драгуны поужинали и вытянулись на разостланных конских потниках и вальтрапах, лагерь спал, и только маячили в темноте часовые…

— Ваше благородие, ваше благородие! – знакомый голос словно бы выхватил Тимофея из глубокого омута. – Я это, вашбродь, Ярыгин, – опасливо косясь на направленный пистоль, представился Стёпка. – Гонец от Кудрявого, ну то есть от Смирнова Марка, прискакал. Говорит, что турки в село заехали.

— Турки?! – Гончаров вскочил на ноги. – Где гонец?!

— Тут я, ваше благородие! – Из-за спины Ярыгина выступила тёмная фигура. – Драгун Казаков.

— Сколько турок?! Что делают?! Дозор посылали в нашу сторону или все на отдых встали? – забросал его вопросами прапорщик.

— Сколько точно – не разглядели, вашбродь, – ответил Гришка. – Ну, около сотни точно их было, а может, и того больше. Дозор не посылали. Ну, то есть сразу они точно никуда не посылали, – поправился он. – А вот как потом, я не знаю, мы понаблюдали маненько, и меня потом к вам с вестью отправили. Марк наказал передать, если что непредвиденное случится, он ещё одного гонца к вам пошлёт, а так-то пару часов побудет там для уверенности и потом нас нагонит.

— Что ещё приметили?! – бросил Гончаров.

— Сипахи это, вашбродь, – уверенно заявил Казаков. – Одвуконь. Потому как за каждым верховым ещё и заводной шёл. В селе шум был сильный. Видать, турки местных гоняли.

— Одвуконь, одвуконь, – повторил Тимофей. – Плохо. Отдохнувшие и со сменными конями, они нас быстро завтра нагонят. А нам ведь ещё идти весь завтрашний день. Взвод, подъём! – рявкнул он, подобравшись. – Седлай коней. Выступаем!

Шли всю вторую половину ночи, уже на рассвете, пройдя Белославское озеро, командир дал полчаса отдыха, как раз тут их и нагнал Смирнов Марк с тремя своими драгунами.