Газолин - Виктория Голубева Страница 104

Его губы нетерпеливо обрушиваются на мои. Все мысли растворяются, остается только острое желание стать ближе к нему. Дотронуться до его кожи, зарыться руками в волосы. Глубокий вдох – и я чувствую, как пахнет его кожа: горько – парфюмом, удушливо – топливом и ванилью от пирожного, которое он только что съел. Невозможное сочетание. Как и мы.

Не отрываясь, Хантер тянет меня к себе, и я поддаюсь. Сажусь к нему на колени, но слежу за каждым движением, чтобы не задеть больную руку.

Он целует меня в линию челюсти, скользит губами к изгибу шеи. Остаются только оголенные нервы чувств и бурлящее в крови желание.

Не знаю, сколько проходит времени, пока нас не прерывает вибрация моего телефона, спрятанного в заднем кармане. Я чуть смущенно отстраняюсь от Хантера. Между нами что-то непоправимо изменилось. Мы стали ближе и будто приняли то притяжение, которому невозможно сопротивляться.

Я достаю телефон. Это Энн. Звонок начальницы в выходной не предвещает ничего хорошего. Спрыгиваю с лавки и прокашливаюсь, перед тем как взять трубку.

— Сиена, ты нам нужна, – без приветствия говорит Энн. Голос усталый. Дальше она объясняет, почему и что от меня требуется, но я слушаю ее вполуха. Смотрю на Хантера: он поправляет волосы и, счастливо улыбаясь, доедает последнее пирожное. Я и сама не замечаю, как улыбка расцветает на моем лице.

— Хорошо, но я сейчас не рядом. Мне понадобится пара часов, чтобы доехать до площадки.

Я кладу трубку, получив заверение Энн, что они подождут. Такая она покладистая, когда ей что-то от меня нужно.

— Мне надо вернуться на площадку. – Я подхожу к Хантеру почти вплотную. Он обнимает меня одной рукой, скользя по талии и притягивая к себе.

— Дай мне свой номер телефона. Я хочу пригласить тебя на свидание. Настоящее.

Он смотрит на меня снизу вверх.

Какие же у него выразительные глаза. Почему я раньше не замечала? Серо-голубые, очерченные по краю светло-коричневой полоской. Не голубые, но и не карие.

Я уже собираюсь сказать, почему это плохая идея, но он не дает мне этого сделать.

— И я не хочу слышать про ошибки, возраст и прочую ерунду. С тобой я чувствую то, чего никогда не чувствовал раньше. Это по-настоящему, – просто говорит он.

Я молчу. На сердце тяжело, но я не понимаю, чего боюсь больше: ошибиться или упустить то, ради чего стоит рискнуть. Кажется, даже ветер замер в ожидании моего решения. Мы вдвоем, наверное, в самом красивом месте на земле. Что же мне делать?

— Тебе важна конфиденциальность? Без проблем, я буду носить маскировку. Только давай попробуем.

Он отпускает меня, надевает солнечные очки и кепку.

— Видишь, невозможно узнать, – ухмыляется Хантер.

Я не выдерживаю и смеюсь:

— Тебе только усов не хватает, как у парня из «Монополии».

— Давай попробуем, – повторяет он и берет меня за руку.

Накатывает знакомое чувство – как перед прыжком в воду. На долю секунды все внутри замирает: сердце бьется громче, чем нужно, а в животе собирается тугой холодный ком. Воздух становится плотным, как перед падением, и тело уже знает: назад пути нет.

И я говорю всего одно слово:

— Давай.

Улыбка. Она начинается с глаз. В них отражается само небо.

— Тогда тебе все-таки придется дать мне свой номер телефона.

Я диктую цифры, и Хантер сразу же звонит мне. Вот так просто.