После развода — в ведьмы. Бывший муж и прочая нечисть - Виолетта Весна Страница 106

— Допуск условный, — сообщил представитель. — До контрольного визита хранить здесь можно только запечатанные немагические сборы. Все настройки — в присутствии наставницы и без летучих компонентов. Маркировку ограничений разместить на уровне глаз.

— Текст утверждённый или могу составить сама?

— Сами, но должны быть слова «временный запрет» и ссылка на решение комиссии.

Я напечатала лист крупным шрифтом. Мила предложила сделать рамку с рябиновыми ветками, но я выбрала обычный прозрачный карман. Ограничение не нуждалось в украшении.

Когда проверяющие ушли, мастер протянул счёт. Сумма оказалась на шесть тысяч выше сметы.

— Срочный выезд и регулировка, — пояснил он.

— Срочность была в заявке. Регулировка понадобилась из-за установки. Оплачу сумму по смете, а дополнительные работы вы обоснуете письменно.

Он посмотрел на людей в торговом зале, словно рассчитывал, что при свидетелях я постесняюсь спорить.

— Лада Андреевна, я вам и так почти по себестоимости.

— Тогда письменное обоснование будет коротким.

Мила за прилавком очень старательно не улыбалась. Мастер забрал счёт, через десять минут вернулся с исправленным.

Я оплатила его со счёта лавки и прикрепила чек к акту. После этого на ремонтном остатке осталось девятнадцать тысяч. Их хватало на мелкие расходы и не хватало на новую вывеску. Старая работала, поэтому вопрос решился сам.

К вечеру торговый зал был чист. Три ящика немагического чая Мила заказала у проверенного поставщика на деньги предварительных заказов. Моя выручка пока покрывала только аренду, упаковку и малую часть ремонта. Я внесла всё в таблицу.

Перед закрытием списка пришла журналистка местного канала. Я узнала её по ярмарке: именно она снимала павильон до эвакуации.

— Можно короткий сюжет об открытии? — спросила она. — Ведьма, которая победила бывшего мужа и спасла городскую ярмарку. Людям понравится.

— Городскую ярмарку эвакуировали пожарные и организаторы. В подвале работали инспектор и наставница. Дело против бывшего мужа не закончено.

— Но личная история нужна. Вы почувствовали освобождение, когда залог сняли?

Я посмотрела на включённую камеру. Оператор уже держал меня в кадре.

— Сначала согласуем запись, — сказала я.

Журналистка моргнула и попросила выключить камеру.

Я согласилась на три минуты после открытия. Без показа квартиры, без съёмки документов и без вопросов о подробностях брака. Главной темой стала безопасность бытовой магии и бесплатная проверка подозрительных договоров, которую город назначил на следующую неделю.

— Так будет скучнее, — предупредила журналистка.

— Зато люди узнают, куда принести договор до подписи.

Она согласилась. Не из уважения к моей истории, а потому что бесплатная проверка давала сюжету полезный адрес. Этого было достаточно.

В шесть позвонил банк. Целевой заём предварительно одобрили только на сто двадцать тысяч и после контрольного осмотра. Я попросила прислать договор, но ничего не подтвердила по телефону. До завтра лавка могла открыться без этих денег.

Арсений пришёл после реабилитации. Правая рука находилась в лёгком ортезе, два пальца не двигались. Врач обещал постепенное восстановление, но резак ему запретили минимум на три месяца.

— В отделе оставят? — спросила я.

— Переведут на анализ контуров и обучение. В поле — после комиссии. Выговор остаётся в деле.