Спящие боги - Ульяна Черкасова Страница 109

— Нигрид! – выкрикнули в стороне. – Он в Нигрид!

Корвус обернулся.

Чёрные плащи порхали, точно ночные мотыльки, среди огней на границе. Все стянулись к западу Грюндлос. Но башня, куда ушёл Брандт, находилась в центре поселения.

Лестница к смотровой площадке убегала далеко наверх. Корвус задержался у нижней ступени, чтобы перевести дыхание, задрал голову. Отсюда колокол звучал ещё громче, ещё сильнее.

Корвус вздрогнул от неожиданности, перехватил ружьё и начал подниматься на башню.

Пролёт за пролётом. Колокол не замолкал. И чем выше взбирался Корвус, тем лучше ему открывался вид на долину, что лежала слева от Грюндлос.

Нигрид. Соседняя шахта в низине, на которую открывался отличный вид с нагорья, на котором расположилась Грюндлос. Там горели огни, метались люди и с каким-то чудовищным опозданием только теперь зазвенел колокол. Корвус задержался на одном из пролётов. Он тяжело дышал, упёрся руками в перила, чтобы не упасть, и впился взглядом в темноту.

Чёрное и красное: всё мельтешило, мелькало. Но даже теперь было хорошо видно высокую башню-близнеца, что стояла в Нигрид. Колокол на ней раскачивался, вдруг башня пошатнулась, и раздался рёв.

Корвус прищурился и только тогда разглядел огромный светлый силуэт.

Великий Вепрь Гихтун. Он был там, в шахте Нигрид, прямо в низине. Вокруг кружили чёрные точки Нетопырей. Они стреляли, кололи. А Гихтун, разбежавшись, протаранил башню, и она закачалась, точно бумажная.

— Рогатый, – вырвалось у Корвуса.

Он тут же прикусил себе язык. Рогатого уже, кажется, пытались призвать чародеи.

— Командир! – Корвус взлетел на верхнюю площадку башни и застал там Брандта. – Это…

— Великий Вепрь?

— Ага… – он, тяжело и громко дыша, протянул оружие. – Он напал на нас в Ллин-Пэр.

— Как вы от него избавились?

— Пушками. Продырявили его так, что мало не покажется, только… кажется, ему показалось мало, – он скривил гримасу, скаля зубы. – Ну что? Приказать бить из пушек?

Брандт кивнул.

И снова бесконечная лестница. Вниз пролёт за пролётом, поворот за поворотом.

И со всех ног к резкому обрыву, с которого открывался вид на шахту Нигрид.

— Пушки сюда! – командовал Брандт. – Все на западную границу. Стрелять по зверю.

Корвус остановился на краю, наблюдая за низиной.

Пока там горели огни, Великий Вепрь был легко узнаваем даже ночью. В него стреляли из ружей со всех сторон, но он будто и не чувствовал пуль и упрямо, яростно подрывал башню, точно самый обычный кабан – дуб. А колокол звенел, звенел, заливался, дрожал и плакал, когда основание начало проседать.

А потом одна из несущих балок переломилась. Башня накренилась. Выстрелы. Рёв. Гихтун разбежался и головой сбил вторую опору. И высокая башня закачалась, дрогнула, и её этажи начали схлопываться, точно карточный домик.

И с грохотом и криком, огромная смотровая башня обрушилась вниз.

Ярче вспыхнуло пламя.

Вепрь вырвался из-под завалов и помчался на ряд Нетопырей. Громыхнули ружья.

Пушки из Грюндлот ударили по Нигрид. Попали. И всё вокруг обрушившейся башни и Вепря закрылось дымом и пылью. Долина потемнела.

Колокольный звон совсем затих.

А потом огни внизу начали тухнуть. Один за одним. И ночь заливала всё в долине тьмой, точно великан ронял с огромного пера капли чернил. Свет мерк как по хлопку: один, другой, третий.