После развода — в ведьмы. Бывший муж и прочая нечисть - Виолетта Весна Страница 11

Я записывала дословно.

— Когда будет дополнительный осмотр?

— Инспектор согласует время отдельно. До этого нижнюю пломбу не нарушать, воду не включать.

— Копию предварительного заключения я получу?

— В личном кабинете в течение часа.

— Цепочка хранения образцов отражена в копии?

В трубке возникла короткая пауза.

— Да. Номер дела семнадцать-дробь-восемьсот сорок два.

— Спасибо.

Я внесла номер в таблицу и открыла форму оспаривания залога. Система требовала приложить документ, подтверждающий отсутствие согласия. Документ об отсутствии документа — прекрасное изобретение ведомственной мысли. Я отметила спорность подписи, приложила выписку, копию свидетельства о наследстве и запросила копию нотариального согласия из регистрационного дела.

Отправить обращение удалось только с третьей попытки. После отправки система выдала срок ответа: до пятнадцати рабочих дней.

У меня оставалось двадцать восемь календарных дней до решения по источнику.

Я добавила в таблицу ещё один столбец: «Срок».

В половине двенадцатого входная дверь открылась без звонка. На пороге стояла невысокая женщина в тёмно-зелёном плаще, резиновых сапогах и платке, завязанном так туго, будто ветер заранее признали ненадёжным подрядчиком. В одной руке она держала плетёную корзину, в другой — трость из рябины.

— Если ты уже выбросила зверобой из синего шкафа, я зря шла под дождём, — сказала она вместо приветствия.

— Не выбросила. Переместила в зону карантина.

Женщина поставила корзину на прилавок.

— Хоть чему-то в городе научили.

— В Северограде. Лада Морозова.

— Я знаю, чья ты. Зоя Петровна Бабкина, лицензия травника сорок два-РБ. Аграфена велела мне дать тебе сутки на глупости, если вернёшься. Сутки прошли.

Я посмотрела на неё.

— Бабушка умерла восемь месяцев назад.

— И велела до этого. Не делай из покойницы пророчицу, она просто хорошо знала родственников.

Это мне понравилось больше, чем возможные таинственные намёки.

Зоя Петровна достала из корзины чистый халат, увеличительное стекло и портативный влагомер.

— Показывай карантин.

— Сначала удостоверение и область допуска.

Она прищурилась, затем вынула пластиковую карточку и положила передо мной.

— Аграфена была права ещё в одном.

— В чём?

— Ты задаёшь правильный вопрос так, будто ожидаешь за него выговор.

Лицензия действовала ещё два года и разрешала оценку растительного сырья, наставничество по настройке первой категории и утилизацию безопасных сборов. Доступа к источникам у Зои Петровны не было. Я сфотографировала карточку с её согласия и провела в склад.

За следующие сорок минут она доказала, что возраст не мешает человеку двигаться быстрее владельца помещения и выражать неодобрение одним положением бровей.

— Это в утиль, — говорила она, едва взглянув на упаковку.

— Срок истёк два месяца назад, упаковка герметична.

— Ты собираешься пить или продавать?

— Ни то ни другое. Сначала анализ.

— Анализ стоит дороже липы. В утиль.

С можжевельником она согласилась только после измерения влажности. Мяту забраковала из-за запаха плесени, который я почувствовала лишь после того, как она растёрла лист между пальцами. Три запечатанные партии шиповника сохранили документы и годность. У сушёной рябины срок заканчивался через четыре месяца.

— Это можно использовать в обычных сборах? — спросила я.