Газолин - Виктория Голубева Страница 111

— Погоди минутку, кто-то пришел.

Прижимаю телефон к плечу и открываю дверь. Первое, что вижу, – ослепительная улыбка Хантера. Он в темном костюме с белой рубашкой. Одними губами говорю: «Привет!» – и машу рукой, приглашая его войти.

— Кто это? Это он?! – Роберт орет так, что я вздрагиваю. Телефон выскальзывает из руки, но я успеваю его поймать. – Я знаю, что это он! Дай мне его, нам нужно поговорить!

Похоже, мой брат окончательно сошел с ума. Он что, не понимает, что я просто не смогу объяснить Хантеру, почему с ним вдруг хочет поговорить Роберт, не рассказав, что он мой брат? А я до сих пор не знаю, готова ли к этому…

— Робби, успокойся. Давай созвонимся завтра и все обсудим, – говорю я примирительно и бросаю быстрый взгляд на Хантера. Он стоит у окна номера, засунув руки в карманы, и с интересом наблюдает за мной. Я не могу разгадать выражение его лица.

— Дай ему телефон! – кричит Роберт так, что сомнений в том, слышит ли это Хантер, не остается.

Он протягивает руку, чтобы я отдала мобильный.

Не уверена, что это хорошая идея.

— Или клянусь, я найду его номер сам!

Господи, он не отстанет. Мой брат невероятно упрям. Иногда я этим восхищаюсь, а иногда хочу его стукнуть, как, например, сейчас.

Хочет поговорить? Отлично. Вперед.

Я передаю телефон Хантеру. Он смотрит на имя на экране, приподнимает бровь, но все-таки подносит его к уху.

— Слушаю, – без приветствия произносит Хантер своим бархатным голосом.

Роберт что-то бубнит, но я не могу разобрать ни слова. И отлично – пусть выговорится. Я так зла, что кажется, могла бы наколдовать молнию, чтобы она ударила брата на другом конце провода. Прямо в его лицемерную задницу.

Я крепко сжимаю губы и иду к шкафу. Распахиваю дверцу так, что ручка с глухим стуком бьется о стену.

Упс! Переборщила.

Достаю вешалку с платьем черного цвета. Оно ближе к тому, что выбрала бы Нина, чем Сиена. Коктейльное, с летящей юбкой до середины голени.

Нина надела бы к нему головокружительные шпильки. Я даже помню, что в гардеробной, на одной из многочисленных полок стояли идеально подходящие к этому образу туфли – серебристые, полностью покрытые сверкающими кристаллами…

Но я не Нина, поэтому решительно достаю белые кеды.

Вместо клатча – моя обычная сумка: после свидания мне нужно будет заехать на площадку на пару часов. Энн дала зеленый свет, и сегодня я планирую поговорить с Дарреном о своих идеях для сценария.

Иду в ванную. Раздеваюсь, натягиваю платье, расправляю подол. Смотрю на себя в зеркало и достаю блеск для губ. Легкий макияж, простые распущенные волосы (идеально выпрямленные, но парни в этом ничего не понимают, так что никто не заметит). Мне нравится то, что я вижу в зеркале. Там – настоящая я.

Злость отступает. Я вспыльчивая, но быстро отхожу. Раньше меня ругали за излишние эмоции, и я привыкла их скрывать. А потом пыталась заново научиться чувствовать, ведь если долго притворяться ледышкой, однажды можно ею стать.

Долго копаюсь в сумочке с украшениями, подбирая правильную брошку. Останавливаюсь на маленькой колибри: она легкая и яркая. На хвостике выпала пара камушков, но это нестрашно. Я все равно ее люблю.

Выхожу из ванной и слышу:

— Монклер, да успокойся уже. Я – пушистый котик.

Хантер замечает меня, улыбается уголком рта и добавляет, глядя прямо мне в глаза: