Поединок сердец - Тессония Одетт Страница 112

Я подхожу к Зейну, и он достает узкое черное платье, полностью покрытое бахромой. Он протягивает его мне, словно представляя его на моей фигуре. Покачав головой, он возвращает платье на стеллаж.

— Некоторые ансамбли мне не подходят. Ну, ты понимаешь, рога.

Я оцениваю одежду Зейна свежим взглядом. Неудивительно, что он предпочитает носить халаты с поясами или другими застежками спереди. Я никогда не задумывалась о том, как сложно может быть одеваться с рогами.

Зейн приподнимает край своей юбки, обнажая подтянутые икры, которые заканчиваются копытами.

— Я также не ношу обувь, и все же…

Он подходит к стене рядом с одной из полок и нажимает на хрустальную кнопку. Из стены выдвигается ящик, в котором лежат кожаные оксфорды. Затем Зейн достает из-под него еще один ящик, а там устроились шелковые танцевальные туфли. В другом отделении – ботильоны на шнуровке с низким каблуком, которые обычно нравятся мне.

Дафна запрыгивает в ящик с балетками и приглядывается к паре из желтого шелка, что украшены розовыми розами.

— Дизайнеры просто дарят тебе всякое, даже не задумываясь, сможешь ли ты это носить?

Скривив губы в усмешке, Зейн пожимает плечами.

— Думаю, они просто ищут повод сделать мне подарок. Если их стиль мне нравится, я позже заказываю у них одежду, так что все в выигрыше. К тому же у меня всегда есть чем одарить друзей, когда они у меня гостят.

Я все еще не могу наглядеться на копыта Зейна.

— Можно спросить… это твоя благая форма или неблагая?

— Благая, – говорит Зейн, возвращаясь к стойке с разнообразной одеждой и снова перебирая вещи. – В неблагой форме я – олень. Но принимаю ее, только когда навещаю дальних родственников, живущих в лесу.

Зейн задерживается на платье из кремового кружева, затем снимает его с вешалки. Фасон следует фейрийским канонам: свободный крой, заниженная талия и, кажется, открытая спина. Он протягивает его мне и кивает в сторону одной из свободно стоящих ширм для переодевания.

— Примерь.

Я смотрю то на него, то на платье.

— Ты… хочешь, чтобы я надела это?

— И если оно тебе понравится – оставь себе.

Я отмахиваюсь руками.

— Я не могу.

— Можешь. Оно здесь просто пропадает. Считай это платой за то, что пришлось тут ночевать.

Мои губы складываются в улыбку.

— Ты хочешь, чтобы я взяла у тебя платье… в качестве платы за проживание у тебя же.

Его ухмылка становится шире.

— Верно. Поверь мне, в этом платье ты будешь как своя, когда мы выйдем в город. Ты пожалеешь, если останешься в том, что на тебе сейчас.

В его тоне нет ни насмешки, ни осуждения, и это заставляет меня поверить, что он, возможно, прав.

Мой взгляд снова падает на платье. Даже мельком видно, что кружево тоньше любого, что я носила, и прежняя тоска возвращается. Мне хочется узнать, каково это – носить что-то столь элегантное. Столь отличное от стиля, который я обычно предпочитаю. Я медленно протягиваю руку к вещице.

— Если ты настаиваешь.

— Настаиваю, – говорит Зейн, вкладывая вешалку мне в руку и практически заталкивая меня за ширму. Пока я начинаю раздеваться, Зейн обращается к Дафне: – Ты тоже можешь что-нибудь примерить. Нравится этот желтый шелк?

Дафна отвечает монотонно, с долей недоверия:

— Вроде того.

— Держи, иди за другую ширму.

Мне любопытно, с чем Зейн отправил Дафну. Неужели у него есть что-то настолько маленькое, что могло бы подойти кунице? Это было бы просто невероятно мило.