В аду нам не рады - Сергей Жарковский Страница 119

«Портреты» меняются еженедельно. Рыжков, сейчас Маслюков. Здоровый мужик. Очень высокомерный.

Пробы из ветреного кольца — метан. Обычный метан. И какая-то пыль, вроде бы действительно космическая, метеоритная. Лыжин брал меня в автобус, подъезжали близко. Действительно, кольцо светится. И всё выбрило скоростью, метров сорок. Туман непроницаемый, на вид обычный.

Сейчас снег валит. 11 янв. Говорят, травмы в госпитале (переломы и проч.) у людей все зажили, кости срастаются. Та женщина, что я помогал нести от Волгоградского КПП, которую сбил БТР уже ходит, помогает санитарам.

И ведь действительно! Наблюдал сейчас сцену с МЧС и лысым из Мин. путей сообщения. Пассажирский 605, шедший с опозданием из Москвы через Волжский с прицеплением вагонов, влетел в Зону ЧП как раз в самый ненужный момент, а с другой стороны (где сейчас «пламенная стена») не появился. Ещё и это, стало быть. Ни одного человека с этого поезда не отмечено в лагере.

Лентикулярное облако.

Учёные какие-то неубедительные. Есть несколько молодых с энтузиазмом. Но все, кто пытается проникнуть в облако (на танках прорываются, 2 попытки), не возвращаются.

Скафандры. Космонавты привезли.

Ох Северцев и жучила! На своём месте старикан.

16 — 24 янв.

Следят за писаниной. Особый отдел. Какая-то метеорологическая служба ещё. Шмонают. Трудно прятать дневник.

Допрашивали по поводу вещей, документов, почему вынес всё, ничего не бросил. И Сашу по поводу меня допрашивали.

Оказывается (американские «сухпайки», нательное бельё в громадных количествах, баня с химчисткой, стиральные машины, в каждой палатке большой телевизор, игрушки и «pampers» для маленьких детей — подгузники с защёлкой, на один раз) новый аэродром Зоной не охвачен, там садятся каждый день грузовые американские самолёты. Видимо, какие-то договорённости. Возможно, пытались совместно (жирно зачёркнуто).

18 января, день рождения. Саша не вспомнила.

Работы много. Писарь, одно слово.

Люди приходят в себя. Ищут работы, комендатура лагеря изыскивает возможности. Пункт переговоров открыт.

Денежное содержание. Сложный вопрос, документов ни у кого почти нет. У солдат больше всех сохранились — в.б. всегда ведь при себе. По себе помню. Служил я в Красноярске.

Пока талонные книжки, списки, тому подобное. Обмундирования много, все сразу хорошо тепло одеты.

Молдаванов заболел чем-то. Увезли на скорой. (24 января — привезли, здоров.)

25 — 29

Как там моя любимая Средняя Ахтуба, как там моя любимая газета? Плюнули и забыли. Хозяйка квартиру уже сдала, наверное.

«Политически незрелый анекдот лучше, чем политически незрелый абрикос».

По-прежнему в палатках на бетоне. С этой площадкой интересно. Кто и когда её построил? Vs на ней и живём. Капитан Лёня Собакин говорит, что этой осенью за неделю плитами выложили зачем-то. Напротив Токарева, почти квадратный километр площадка. На ней монтируют.

Вода питьевая в водовозках. С санитарией хорошо: американские биологические туалеты.

Токарев начинают эвакуировать. Полностью отселяют людей. Не попробовать ли мне (зачёркнуто). Говорят, колючей проволокой полностью обносят Зону.

Женщины! (Потом объясню.)

Познакомился с местным участковым. Золотой мужик, память, как у электронной машины. Толь Толич зовут, Лазарев.

1 марта (зачёркнуто) февраля