Физрук: на своей волне 8 - Валерий Гуров Страница 121

Минус двенадцать.

И шла уже третья четверть.

Я остановился у кромки площадки, уперев ладони в колени, чтобы отдышаться, но на самом деле просто пытался быстро понять картину. Секунд десять хватило.

Соперники двигались легко и уверенно, будто играли не финал школьной олимпиады, а очередную тренировку. Мяч у них жил своей жизнью, переходя из рук в руки так естественно, будто был привязан нитями.

Пас — шаг — заслон — бросок.

Всё происходило быстро…

Наши же бегали как раненые тараканы…

Очередная атака соперников закончилась трёхочковым. Мяч даже сетку почти не задел, просто аккуратно провалился внутрь.

Минус пятнадцать…

Я медленно выпрямился и сложил руки на груди. Картина стала окончательно ясной. Эти ребята играли в баскетбол всю жизнь и на площадке двигались на автомате, как хорошо смазанный механизм.

Мои же парни начали играть неделю назад…

С таким стартовым раскладом задача «выиграть» выглядела примерно как идея ограбить банк, вооружившись ложкой. Теоретически возможно, но лучше не планировать отпуск на вырученные деньги.

В голове сформулировалась честная мысль: единственная реальная цель сейчас — не проиграть с разгромным счётом. И я поморщился… не люблю такие цели.

На площадке снова пошла атака соперников. Их разыгрывающий спокойно протащил мяч через центр, сделав финт, обошёл нашего защитника как стоячего и выдал передачу под кольцо. Высокий парень взлетел, как на лифте, и аккуратно вколотил мяч сверху.

Да, разница в классе была колоссальной. И всё же я знал, что на этой площадке есть человек, который выбивается из общей картины.

Даня.

Я нашёл его взглядом сразу. Он двигался быстрее остальных, резче, увереннее. Когда мяч попадал к нему, в игре появлялось что-то живое, опасное и непредсказуемое. В нём чувствовался талант, который не объясняется тренировочными планами. Такие вещи либо есть, либо их нет.

И в этом была главная проблема.Потому что сейчас он играл плохо.

Даня получил мяч на дуге, резко пошёл в проход, обыграл одного, второго и… полез в толпу из трёх человек под кольцом.

— Даня! Пас! — крикнул я, сам не заметив, как сорвался на крик.

Пацан даже не повернул головы. Соперники же убежали в быстрый отрыв. Два паса — и команда соперника получила лёгкие два очка.

Минус семнадцать.

— Даня! Играй проще! — снова крикнул я, шагнув ближе к площадке.

Наш капитан снова получил мяч и пошёл один в один… увы — очередная потеря была неизбежна.

Я стиснул зубы до скрипа эмали.

— Даня, смотри по сторонам! Работай с командой! — крикнул я.

Даня бегал, цеплялся за мяч и рвался вперёд так, будто вокруг него никого нет и он играет один против всех.

Я стоял у линии и чувствовал странное бессилие. Ситуация была предельно ясной. Соперники сильнее, опытнее, сыграннее. Изменить ход матча сейчас почти невозможно.

Почти… потому что талант на площадке всё ещё был. И если он перестанет играть в героя-одиночку, игра может хотя бы перестать разваливаться.

— Даня! — крикнул я снова, уже хрипло.

Но пацан пробежал мимо, даже не взглянув на меня, не услышав.

Свисток на перерыв прозвучал так, будто судье наконец надоело смотреть на это избиение. Наши парни шли к скамейке молча, не поднимая глаз. На табло висели цифры, которые неприятно жгли взгляд.

Я смотрел на своих пацанов и видел растерянность. Парни расселись на скамейку, уткнувшись лицами в полотенца.