Курс на СССР: На первую полосу! - Андрей Посняков,Тим Волков Страница 122

— Владлен Петрович, — начал я опрос. — Значит, это единственный в городе спортзал-качалка?

— Ну-у… — задумался тренер, пытаясь сообразить, стоит ли откровенничать, чтобы не спугнуть журналиста и не лишиться бесплатной рекламы. — Еще парочка есть. Но, наш самый лучший! Прямо вот так и напишите…

— Обязательно, — заверил его я. — И хотелось бы… чтобы на интервью контингент у вас был… порядочный, что ли…

— У нас все порядочные! — выпятил грудь Владлен.

— И что, никакая шантрапа не приходила? — я доверительно склонил голову набок. — Дело-то такое. Понимаешь? Серьёзные люди могут заинтересоваться. Не хотелось бы их разочаровывать.

— Да были тут двое… — хмыкнул понимающе тренер. — Пахло от них как-то… ну, нехорошо пахло… Шарились, шарились, а потом старый гриф пропал… А потом и четыре «блина»! Новые! Я еще с ними, ну, с этими, хотел переговорить, а от них и след простыл! Вот ведь гады. Нет, не подумайте, что жалко! Попросили бы по-людски, договорились бы. А то так…

— Что же они, на дому, что ли, теперь качаются? — я затаил дыхание.

— Почему «на дому»? — пожал плечами тренер. — Тоже мне еще, тайна! Старый хлебозавод знаете? Ну, как на Анисимовку ехать?

* * *

Из спортзала я успел позвонить Сидорину, но того на месте не оказалось, пришлось оставить информацию дежурному. В очередной раз убедился в необходимости скорейшего внедрения мобильной связи, это бы решило много проблем. В частности, нам бы не пришлось сейчас действовать в одиночку, совершенно не представляя, когда прибудет помощь, да и будет ли она вообще.

К старому хлебозаводу мы подъехали уже в сумерках. Бросили машину на повороте, в зоне видимости, чтобы тем, кто будет ехать за нами было бы легче сориентироваться, куда мы пошли. По обеим сторонам дороги были практически непроходимые заросли, а редкие фонари, горящие через одного, практически не освещали дорогу. Но это позволяло нам незаметно подобраться к хлебозаводу.

Приземистое здание из красного кирпича, выглядело запущенным и мрачным. Но толстые трубы теплотрассы были недавно обмотаны стекловатой, похоже кустарно, так как кое-где прорывались облачка пара.

— Похоже, здесь и отопление, — осматриваясь, негромко заметил я. — С комфортом устроились, гады!

Висевший на двери подвала новый амбарный замок убедил нас, что здесь все-таки кто-то бывает, хотя бы изредка.

— Нам бы как-нибудь проникнуть внутрь… — Гребенюк озадаченно потрогал замок. — Может, монтировочкой?

— Давай-ка лучше пройдемся вокруг. Посмотрим.

Не может же такого быть, чтобы местные жители на кирпичи ничего не растащили? И не позарились на стекла?

Так и оказалось! Со стороны леса, зияли провалами черные подвальные окна. Узковато, конечно, но…

— Ну, что, Серега? Полезли…

Скинув куртку, я проник внутрь почти без проблем, а вот Гребюнюк был поплечистее меня, и еле-еле протиснулся.

— Уфф! Эх, фонарик бы!

А вот тут он был прав! Этого мы что-то не предусмотрели…

— Ничего… — чиркнув спичкой, Серега прошел вперед, к распахнутой двери. — Интересно, где ее могут держать? Может, позвать! Валентина-а! Валя-а-а!

От сводов подвала отразилось гулкое эхо. Спичка догорела… вторая… третья… десятая…

И тут я заметил еще одну дверь! Припертую чем-то тяжелым… Ну да, гриф от штанги!

— Серег, посвети, — сказал я, отбрасывая гриф в сторону. — О, да тут еще и засовчик…