Муцянь - Джин Соул Страница 122

74

Лотос раскрывается в Цзы-шу

Чэнь Ло повозил ладонью по слипшимся векам, размышляя, когда это он успел заснуть. Бледный лунный свет разлился в небе, возвещая третью стражу[49], набегавшие на луну облака тенями скользили по земле. Костерок едва теплился, тонкой струйкой вливаясь в свежий ночной воздух. Чэнь Ло сел, похрустел плечами и тут заметил, что Сяоцинь пропал. Короб его был на месте, так что, надо полагать, пропал мальчишка не с концами.

— Куда его понесло среди ночи? – заворчал Чэнь Ло, поднимаясь и отправляясь на поиски. Звать он мальчишку не стал, полагая, что может накликать каких-нибудь ночных хищников. Он слышал, что летучие мыши чувствительны к громким звукам и больно кусаются, а судя по сердитому писку где-то в листве, их здесь было полно.

— Хорошо ещё, что луна вышла, – вздохнул Чэнь Ло. В лунном свете каждый камешек на дороге хорошо виден – не споткнёшься ненароком.

Пропажа обнаружилась у озерца. Сяоцинь стоял к нему спиной, потому не заметил Чэнь Ло. В лунном свете его кожа казалась совсем белой, как фарфор или чаша лотоса. Сяоцинь собирался искупаться и уже разделся донага. На его спине, вдоль лопаток, Чэнь Ло заметил два длинных белёсых шрама. Мальчишка рассказывал, что аптекарь Сян нашёл его раненым, видно, шрамы остались с тех времён.

«Подкрасться и столкнуть его в воду?» – подумал Чэнь Ло. Конечно, это было ребячество, но…

Сяоцинь наклонился, чтобы положить к остальным вещам шапку и мяньшу. Зашуршали, распускаясь и скрывая шрамы, волосы. Зрачки Чэнь Ло на мгновение расширились, он резко развернулся и тихо, стараясь не скрипеть сапогами по камням, пошёл обратно к костерку.

«Вот так так! – подумал он. – Так Сяоцинь – девушка?»

Учителя нередко бранили Чэнь Ло за невнимательность, но когда дело касалось женщин, то ему хватало и одного взгляда, чтобы разглядеть и запомнить даже малейшие подробности. Каким бы женоподобным ни был мальчишка, девичьей груди у него быть не могло, а она была – небольшая, едва оформившаяся, но совершенно точно женская грудь, провисла, когда Сяоцинь наклонился. А вот то, что должно было провиснуть снизу, – нет.

Чэнь Ло задумчиво постучал пальцем по губам. Притворяется мужчиной? Но зачем? Впрочем, на этот вопрос ответ он знал: женщину могут похитить и продать в вацзы или изнасиловать, потому безопасности ради многие женщины во время странствий переодеваются в мужское платье. Но если бы спросили самого Чэнь Ло, то он бы не позарился на Сяоцинь – настоящее ли это имя? – даже если бы она осталась единственной женщиной на свете. Пигалица, а не женщина!..

Однако же как хорошо она притворяется! Чэнь Ло, если бы не увидел, даже не заподозрил бы, что Сяоцинь – девушка: ни разу не сбилась на женскую речь, повадки и замашки мальчишечьи, и грудь незаметно. Наверное, перетягивает…

— Было бы что перетягивать, – проворчал Чэнь Ло, укладываясь на своё место у костерка. Он был немало раздосадован, что его обвели вокруг пальца.

А всё-таки… она храбрая: притащила незнакомца в свой дом, оставалась с ним наедине, пустилась с ним странствовать…

— Или полная дура, – сердито оборвал сам себя Чэнь Ло.

Окажись на месте Чэнь Ло какой-нибудь негодяй, он бы непременно воспользовался моментом. И кто бы тогда спас эту дуру от бесчестья? В такой глуши никто бы не пришёл ей на помощь. Пусть спасибо скажет, что Чэнь Ло – достойный юноша…