Синь-камень: лекарство от одиночества - Татьяна Снежко Страница 124

Все теперь зависело от этой маленькой хрупкой женщины. Сможет ли она спасти человечество от этой страшной болезни? Я молча протянула ей свои рисунки, надеясь, что они помогут.

— Что это? – спросила она и растерянно посмотрела на листы.

— Это ваш сон.

Дюймовочка покрутила лист бумаги в руках, пытаясь разобрать нарисованное или вспомнить о чем-то.

— Вот тут зачем-то я упираюсь лбом в окно? Зачем мне снилась креветка? Это что угодно, но не мой сон! – возмутилась она, хмуро посмотрев на меня. – Я хочу, чтобы мой муж просто жил.

— Не надо цепляться за его жизнь, ловить каждый его вздох, наслаждаться каждым его взглядом. Теперь это только его разговор со Смертью.

— Я не могу! Он нуждается во мне!

— Отпустите все.

— Мне страшно. Я боюсь представить, что его не будет рядом со мной.

— Страх – вот ваш Черный волк. Если сдадитесь, он поглотит и того, кого вы любите.

Она обняла себя и задумалась, упершись взглядом в портрет женщины за стеклом. Вдруг лицо ее оживилось, как будто она о чем-то догадалась.

— Неужели это мне нужно опуститься на дно океана? – спросила она.

— А вы сможете шагнуть в эту пропасть?

— Я готова выловить всех креветок, лишь бы он жил. И даже вот этих морских коньков с человеческими головами тоже. – Она ткнула пальцем в рисунок свернувшегося клубком существа. – Но что, если я не успею и больше не увижу его?

— Смиритесь с неизбежным. Сейчас он со Смертью. Он даже забыл ваше имя. Но осталось то, что он хотел сделать. Для себя, для вас, для всех. Он вложил всю свою душу в это дело. Там, на дне океана, вы будете не одна.

— Что, если я не успею и больше не увижу его?.. – с грустью повторила Дюймовочка.

— Надежда – это все, что у нас есть…

Будущее – оно всегда туманно. Каждый раз все, что мне удавалось разглядеть, я изображала на холсте, и радость, которую испытывала в эти моменты, переливалась через мои картины, заполняя мир вокруг. В этой радости всегда жила надежда.

Напоследок я дала ей визитки наших особенных ученых из темного леса. Надеюсь, это ускорит поиск лекарства. Я верила в то, что Дюймовочка спасет своего рыцаря, как, впрочем, и еще многих страдающих от этой страшной болезни на земле.

Я смотрела вслед удаляющейся фигуре, и в душе у меня распускалась настоящая радость, словно цветок. Вот если каждый смог бы сделать счастливым другого человека, хотя бы одного, на земле все были бы счастливы!

Рисовать будущее под началом чудо-камня так нелегко! Мелки выскользнули у меня из рук, скатившись на землю. Думаю, на сегодня хватит. Устала от всего этого и душой, и телом.

Обессиленная, но довольная, я растянулась на камне, наслаждаясь теплом солнца и вдыхая приятный аромат лаванды. С неба смотрели облака, прикинувшиеся белыми пушистыми кроликами. Как же чудесно в этом месте! Лучи солнца ласкали мои обнаженные ноги, ветерок щекотал нос и губы. Из леса лилась соловьиная трель. Музыка тишины природы постепенно возвращала мои силы. Слишком уж много я их потратила, рисуя чужой сон.

А ведь они еще и сомневаются, что это их сны. Вот и я сейчас проживаю один из сюжетов своего жизненного сна, который тянется вот уже миллионы или миллиарды лет. Обычно люди с ностальгией вспоминают свое прошлое и ненавидят настоящую жизнь.

Иногда и я вспоминала тот день. День свадьбы, когда исчез мой муж, и ночь, когда ушла моя прабабушка. Мы нашли ее в беседке у реки. Ее губы были холодны, но на лице застыла улыбка. Казалось, что в последний момент жизни она увидела своего возлюбленного, и, может быть, он протянул ей руку, помогая перейти в Навь.