Зови меня Волком - Лина Славянова Страница 127

— Скажи, а правда это, что сказывают?

— А что сказывают?

— Что ты князя опоила.

— А-а, это, – разочарованно протянула Эйрун. – Хотела бы я, чтоб было правдой. Вот только проклятье наших сестёр в том, что не можем мы коснуться благословлённой крови без согласия. И больно много сил надо на такую кровь отдать. А князей сами Духи благословили над людом княжить. Их кровь слишком тяжела для нас.

— Значит, князя ты не можешь околдовать?

— Выходит так. Он никогда не согласится, а ежели и согласится, то не по силам он уже мне.

— Почему не по силам?

Эйрун поглядела на Волка, как на дитя:

— Наше колдовство отличается от тех блеяний колдунов, что духам поют свои песни. Мы творим колдовство не по благословению, и за него нужно платить. И плата эта – жизнь, – она пожала плечами и положила руку Волку на колено, – не бойся, платим мы своей жизнью. Хотя, для некоторых обрядов требуется не только она. Каждое колдовство забирает мою жизнь. Я ошиблась в тебе. Сильно. Не знала, что ты не такой уж и простой мужик, иначе бы ни за что не взялась тебя лечить. Вытащить из объятий смерти обречённого – и так задача не всем по силам, а в тебе ещё и благословенной крови намешано.

— Что же выходит, чем больше ты колдуешь, тем быстрее помрёшь?

— Да, – кивнула Эйрун.

— И долго тебе осталось?

— Не шибко. Как пойдёт, – развела она руками.

Эйрун провела рукой по волосам Волка, легонько чмокнула его в губы и встала:

— Ладно, ты пока отдыхай. А я скажу, что тебе плохо сделалось. Совру, что от похода ещё не отошёл.

— И поверят?

— Княгиня поверит, а князь её послушает.

66

— Волк, – позвал знакомый женский голос.

Влаксан сел, растерянно озираясь. Свеча на столе почти догорела, мелкий огарок тонул в красной луже, дрожа и выплёвывая пучки чёрного дыма. Усуда сидела на сундуке в изголовье.

— Ты? – удивлённо спросил Влаксан и тут же испугался своей догадке, – Что-то случилось? Любослав? Он обижает тебя?

— Нет, – мягко коснулась его плеча Усуда, – или ты бы не заметил такого?

— Мало ли… не слышал, как ты пришла. Прости, – протирая глаза, извинился Волк.

— Эйрун сказала мне, что ты ждёшь меня здесь, – её крупные серые глаза полнились печальной нежностью.

— Как князь?

— Ушёл на рассвете.

Волк шумно втянул воздух. В груди точно затеплился снова едва тлеющий уголь, там, где уже давно хозяйствует пустота и тьма.

Он не решался подойти к Усуде со дня свадьбы. Лишь украдкой наблюдал, дабы не подвести под княжий гнев. И вот теперь она так близко, такая родная и такая недоступная. Её нежные щёки горячо румянятся, как в тот день, когда он впервые пришёл в её покои и когда поцеловал её в клети Живьяры. Она точно так же краснела, принимая его ласки…

— Зачем ты пришла? – стараясь гнать от себя желание, спросил он.

— Я благодарна тебе… что уважаешь моего мужа. Не травишь душу…

— Скорее, боюсь навлечь беду на тебя, – признался Волк, – хотя, и князя сложно не уважать. Не зря его прозвали Мудрым. Достойный князь для Единого княжества Горного.

Усуда кисло улыбнулась. Сколько же нежности в её лице, взгляде и грустной улыбке.

— Ты же слышал, что после охоты Любослав пойдёт в Награй?

— Угу.

— Будет не простой поход. Вас там ожидает суровый приём.

— Догадываюсь, что не погостить идём.

— Это очень важно, Волк. От этого похода зависит судьба Граты и моя.