Связанные кровью - Ребекка Сайдлер Страница 129

Она огрызается на вампира:

— Бросьте его в озеро, и дело с концом.

Другой вампир пинает меня в грудь и сбрасывает в озеро.

Я и забыл, насколько глубокое это озеро. Листья кувшинок на поверхности покачиваются по водной ряби, а лунные лучи преломляются в этом движении. Это почти гипнотизирует.

Говорят, когда ты умираешь, вся твоя жизнь проносится у тебя перед глазами. Чушь собачья. По логике вещей, вся моя долгая жизнь не может промелькнуть перед моим последним вздохом. Как бы ни было привлекательно рассуждать о чьей-то смерти, я не собираюсь этого делать. Особенно сейчас.

Я закрываю глаза, заставляя свое сердце биться медленнее, а дыхание стать поверхностнее, чем у вампира. Пусть дети думают, что справились со мной. Как бы ни было больно от отравленного лезвия в моей груди, я нахожу некоторое утешение в том, что они недостаточно сильны, чтобы вырвать мое сердце. Вампир на берегу ждет, что я умру. Если бы я не был так раздражен, посмеялся бы. Тем более что я уже попрощался со своей дочерью. Видимо, мне придется сделать это снова. Но я не могу сейчас позволить себе эмоции. Мне нужно почувствовать движение в воде. Мне нужно застать вампира врасплох. Тогда я смогу разузнать о незваных гостях, у которых хватило наглости появиться в моем замке. Пришло время делать то, что у меня получается лучше всего, и ждать…

Глава 44

Фаррен

Я мчусь обратно в Масонри. Нужно предупредить Лиама и Амриту до появления Изобель.

Пробравшись через черный ход, соединенный с комнатой Лиама, я падаю на колени и хватаю пистолет, спрятанный под кроватью, – я нашла его, когда рылась здесь раньше. Против старого вампира он мало что сможет, но молодого хотя бы нокаутирует, пока тот не регенерирует.

Надеюсь, что внезапность мне на руку – если я подойду с другой стороны, то, возможно, смогу незаметно проскользнуть внутрь и поговорить с Амритой и Лиамом.

У подножия лестницы, ведущей из наших покоев, меня встречает Мидж. Она посылает мне воздушный поцелуй. Ее идеально скроенный костюм выглядит странно на вампирше, чья внешность так напоминает детскую.

— Извини, Мидж, но мне нужно найти Лиама, – хмурюсь я, качая головой.

Она прикладывает палец к губам, кокетливо хихикая. Жутковатое зрелище для ребенка. Напоминаю себе: она не девочка.

— Что происходит? – требую ответа.

Мидж удлиняет клыки, облизывая их.

— Я оказала тебе услугу, маленькая ведьмочка. Теперь ты свободна. – Ее смех звенит под потолком, кудри рассыпаются по плечам.

— Свободна? – усмехаюсь я. – Прямо как ты?

Улыбка на ее лице искривляется, и с вампирской скоростью она бросается ко мне. Порыв ветра предупреждает меня – рефлексы срабатывают раньше мысли. Мидж врезается в мраморную колонну рядом.

Она шипит, поворачиваясь. Я наблюдаю за детской истерикой с каменным лицом, но тело уже готово к новой атаке.

— Что ты имеешь против Лиама? Работаешь на Кадма?

— Лиама? – Она хрипло смеется, вытирая кровь с носа. – Ничего. И нет, я не с Кадмом. Он обращается с женщинами, как со скотом. Видела сама.

— Тогда зачем? Сомневаюсь, что из-за меня.

Мидж пожимает плечами:

— Скука. Попробуй пожить в этом теле тысячу лет. Тех, кого обратили, когда они были хотя бы на пять лет старше, уважают больше. А восьмисотлетний ребенок – всего лишь ребенок.