Герцогиня Эмили - Аурелия Шедоу Страница 132

— Лоренц, берегись! — крикнула я, когда увидела летящую стрелу.

Он упал на колено, пропуская её над головой, и тут же вскочил, рубанув лезущего на стену врага.

— Я в порядке! — крикнул он, даже не глядя на меня.

Я стреляла. Стрела за стрелой, не считая, не думая. Мои руки горели, пальцы не слушались, но я продолжала.

— Герцогиня, стрелы! — крикнул кто-то рядом.

— Сейчас!

Я схватила колчан, высыпала его на камни, и мы стреляли, стреляли, пока враг не отступил от стены.

К полудню атака захлебнулась.

Враг откатился, оставив под стенами сотни убитых. Наши солдаты, обессиленные, но живые, опустились на камни. Кто-то смеялся, кто-то плакал, кто-то просто сидел и смотрел в пустоту.

Я искала герцога глазами и нашла его у южной башни. Он стоял, опираясь на меч, и смотрел на поле боя. Рубашка его пропиталась кровью, лицо было белым как мел.

— Лоренц! — Я подбежала к нему, схватила за руку. — Ты ранен?

— Нет, — выдохнул он. — Это старое. Швы разошлись.

— Тебе нужно к Матиасу!

— Сейчас. — Он посмотрел на меня, и в его глазах появилось что-то тёплое. — Ты была рядом.

— Я всегда буду рядом.

Он хотел ответить, но пошатнулся. Я подхватила его, чувствуя, как тяжело он опирается на меня.

— Идём, — сказала я. — Сейчас.

Мы спустились со стены, и в пустом коридоре, где нас никто не видел, он остановился.

— Эмили.

— Что?

Он прижал меня к стене.

Я не успела ничего сказать. Он накрыл мои губы своими — жадно, отчаянно, будто хотел выпить всю меня, будто боялся, что это мгновение не повторится. Я чувствовала его дрожь, вкус крови и соли, слышала его прерывистое дыхание. Его пальцы сжали мои плечи, прижимая к холодному камню, но я не чувствовала холода — только жар его тела, только боль и нежность, смешанные в этом поцелуе.

— Я не хотел, — прошептал он, отрываясь от моих губ, и я чувствовала его дыхание на своём лице. — Я не хотел этого… Я не умею. Я не знаю, как быть… другим.

— Ты и не должен быть другим, — ответила я, касаясь его щеки. — Ты просто будь собой. А я буду рядом.

— Ты всегда говоришь правильные слова, — усмехнулся он, прижимаясь лбом к моему лбу.

— Я просто говорю правду.

Он закрыл глаза, и я видела, как он борется с болью.

— Идём, — сказала я. — Матиас зашьёт тебя.

— Я пойду. Но сначала…

Он поцеловал меня снова — мягко, бережно, обещая.

Потом мы пошли к лазарету, и я держала его под руку, чувствуя, как тяжело ему даётся каждый шаг.

— Мы выиграем, — сказала я. — Ты видел, как солдаты смотрели на тебя? Ты дал им надежду.

— Это ты дала им надежду, — ответил он. — Ты и твой кофе.

Я рассмеялась, и он улыбнулся — устало, но искренне.

— Кофе — это моё секретное оружие, — сказала я. — А ты — наше знамя.

— Тогда мы непобедимы, — сказал он, и в его голосе я услышала то, чего не слышала раньше. Веру.

Мы вошли в лазарет, и Матиас, увидев герцога, закатил глаза.

— Ваша светлость, вы обещали…

— Я знаю, — сказал герцог, опускаясь на койку. — Зашивайте.

Я села рядом и взяла его за руку. Он сжал мои пальцы, и мы ждали, пока старый лекарь колдует над ранами.

Глава 50 Подмога

Глава 50 Подмога

Следующий день осады встретил нас тишиной. Не той напряжённой, предгрозовой тишиной, которая предвещает атаку, а какой-то странной, пустой. Вражеский лагерь замер. Костры догорали, и никто не зажигал их снова. Солдаты на стенах переглядывались, не понимая, что происходит.