Газолин - Виктория Голубева Страница 138

Шкафчики не распределены официально, но за каждым давно закрепился свой хозяин – некоторые хранят там вещи постоянно. В моем валяются теплая жилетка и зубная щетка.

Сейчас в раздевалке пусто: все либо на съемках, либо смотрят финальную гонку сезона. Моя смена уже началась, но как-нибудь выкручусь.

Пробегаю глазами по номерам шкафчиков. Седьмой – в дальнем углу от входа. Дверцы распахнуты, и перед ним кто-то стоит спиной ко мне и разговаривает по телефону. Длинные медные волосы, собранные в хвост, рация закреплена на поясе.

Что Энн делает делает у шкафчика номер семь?

Она оглядывается, замечает меня и отнимает телефон от уха, затем кладет его на верхнюю полку и поворачивается ко мне.

В распахнутом шкафчике я вижу странные предметы, сваленные на дне: ряд ровных графитовых дисков, чуть наклоненных набок. Меня пронзает понимание: это тормозные диски. Явно новые, потому что отметки, нанесенные на них, еще не стерлись. Поверх небрежно брошены инструменты, необходимые для их установки: торцевые ключи и шестигранники.

От какой машины эти тормозные диски? И если здесь лежат новые, значит ли это, что какой-то из болидов едет на старых?

Страх за Хантера накрывает, как цунами: для болидов «Формулы–1» тормозные диски – это очень дорогой расходник. Они не выдерживают дольше одной гонки, и если стартовать на старых, то до финиша ты, скорее всего, не доедешь…

Заметив мой встревоженный взгляд, Энн торопливо захлопывает дверцу.

— Не знала, что это твой шкафчик, – произношу я, крепко сжимая ключ в кулаке.

— У меня их несколько, – спокойно отвечает Энн и улыбается. – У тебя перерыв?

— Ага, – киваю я, хотя мы обе знаем, что наша общая смена началась полчаса назад. Делаю шаг в сторону Энн и спрашиваю: – Зачем тебе тормозные диски в шкафчике?

Улыбка стекает с лица Энн, но она игнорирует мой вопрос. Тогда я задаю следующий:

— И зачем ты звонила моему отцу? – теперь я отчетливо вижу злость, пылающую у нее в глазах. Я иду ва-банк и решаю подлить газолина в этот костер. Киваю на шкафчик: – С этого телефона звонила ему? А что так? Со своего не решилась?

Пока я жду ее реакцию, достаю мобильный и набираю номер, который узнала от отца. Сердце бьется так, будто вот-вот разорвет грудную клетку. В памяти вспыхивает встреча с ним.

Моторхоум «Меркурия». Передо мной сидит отец, позади него охранники. Я собираю всю доступную мне смелость, смотрю ему прямо в глаза и задаю единственный вопрос, который имеет значение:

— Откуда ты узнал, что я здесь?

— От твоего босса.

Голос отца теплый, чуть хриплый. Я почти забыла его.

— От Даррена?

— Нет. Звонила девушка.

Тогда я не поверила, что это была Энн. Зачем ей это? Она одна из немногих людей, кому я доверяю.

А сейчас, когда я слышу вибрацию телефона в шкафчике, понимаю: похоже, причины предать меня все-таки были. Во рту разливается горечь.

Энн выглядит испуганной. Вот только смотрит она не на меня, а на кого-то за моей спиной.

— Похоже, наша малышка снова влезла куда не следует, – слышу голос прежде, чем успеваю обернуться. Это Крис Лорен.

Он медленно выходит из-за моей спины, едва задевая меня плечом. Убирает телефон, который держал у уха. Насвистывая веселую мелодию, подходит к Энн и обнимает ее за плечи.

— Молодец, что не стала сбрасывать звонок, – говорит он беззаботно, а потом добавляет тише, будто самому себе: – Последняя гонка сезона – идеальный момент, чтобы разобраться со всем этим.