Академия ядов - Елена Станиславская Страница 150

— Думаю, он в часовне, – помешкав, сказала Тьяна.

— Жив? – Маревка подняла руку к губам.

— Да. Наверное. Морша отравила его «Сномаром» и меня тоже пыталась, – призналась Тьяна. – Мне пора, а ты…

— Прошу! – Задрожав, Здрава схватила ее за руки. – Не оставляй меня. Нам надо помочь Полоку! Сходи со мной в часовню.

— Я спешу. – Тьяна вырвалась: хватка оказалась совсем некрепкой.

— Если он там, я сразу побегу к Зоричу и все ему расскажу, – с отчаянием произнесла маревка. – Гори этот культ, лишь бы никто больше не умер!

Тьяна вспомнила, как Здрава тихо оплакивала Огния, и росток жалости пробился через слой сомнения. Покачнулся, расправил листья и повернулся к солнцу.

Тяжело вздохнув, Тьяна взглянула на часы и сказала:

— Только быстро.

Зал часовни встретил их гулкой тишиной. Не было ни священника, ни прихожан – лишь голые ребра скамеек да холод камня. Тьяна повела плечами. Бросив взгляд на Здраву, она подумала: «Уж не поплачусь ли я за свою отзывчивость?» Маревка дрожала и озиралась по сторонам, но кроме тревоги на ее лице читалась еще и решимость. Она, похоже, и правда хотела спасти Полока. Наверное, чувствовала себя кем-то вроде старшей сестры для остальных культистов: оберегала и несла ответственность.

Стремительно прошагав мимо ритуальных чаш, Здрава и Тьяна откинули занавес. За ним оказалась глухая стена.

— Как? Тут же был проход. – Тьяна прикоснулась к камням.

— Мы закладываем его, когда уходим. – Маревка, ловко подцепив один из кирпичей, вытащила его и отбросила в сторону. – У нас все-таки тайный культ.

— Кажется, о нем многие знают. – Тьяна тоже принялась разбирать стену.

— Многие? Ты о Медовичах? Мы приглашали обоих – за подходящий склад ума и успехи в ядоварении. Марувий пришел один раз, а Гневлида сразу отказалась.

— Я имела в виду другое. Дверь в часовню всегда открыта, тут бывают люди, священник…

— Священник не живет на острове и приезжает три раза в неделю. В эти дни мы не проводим службы. А желающих просто так зайти в часовню и помолиться ликам не так уж много. За три года я не встретила ни одного.

— А Млада? – спросила Тьяна, вспомнив о религиозности сестер Требух. – Тоже не заходила?

Здрава заглянула в проем.

— Он там! – воскликнула она. – Я вижу Полока. Скорее!

Откинув еще пять или шесть камней, маревка приподняла подол и прыгнула в проход. Тьяна последовала за ней и, только оказавшись в тайной комнате, сообразила: ей стоило развернуться и уйти. Таков был уговор: она помогает найти Полока, Здрава бежит к старшему мастеру, а Тьяна отправляется по своим делам.

А теперь – поздно.

В тайной комнате висел густой серо-синий сумрак, но как только Тьяна сделала пару шагов, вокруг вспыхнули лампы. Ее глаза рефлекторно зажмурились. Впрочем, Тьяна успела заметить всех, кто был в комнате. Сердце забило тревогу.

Полок, свесив голову на грудь, полулежал в одном из кресел. В левом углу стоял Некос. В правом, у судейского стула, Крабух.

Здрава, оказавшись у Тьяны за спиной, произнесла:

— Это было проще, чем я думала. – В голосе больше не слышалось волнения.

Обернувшись, Тьяна убедилась: в лице маревки его тоже не осталось. Ни слез, ни дрожащих губ. Черты словно сковало льдом, а в него накрепко вмерзли надменность и неприязнь.

Здрава, загородив проход, добавила: