Фейридейл - Вероника Ланцет Страница 152

Увидев четырех одиноких мужчин в комнате, я должна была сразу развернуться и уйти.

— Пожалуйста, откройте дверь. – Я не двигаюсь с места и смотрю лорду Беркли прямо в глаза, давая понять, что он не сможет меня запугать.

— Поцелуй меня, и тогда открою, – отвечает он, растягивая слова.

Один из его друзей присвистывает, а остальные начинают бросать в мой адрес сальные шуточки.

— Это неподобающе, милорд, – говорю я, но в голосе уже не слышится ни намека на былую твердость.

— Один поцелуй, Элизабет. Я заслужил его после всего, что пережил из-за тебя.

Я хмурюсь.

— Не понимаю, о чем вы.

В этот момент до меня доходит, что все это время он стоял вполоборота. Но теперь он поворачивается ко мне и показывает скрытую тенями половину лица.

У меня перехватывает дыхание, когда я замечаю его покрасневшую, изуродованную щеку.

Что…

Эмма ничего не говорила о травме брата. Сказала только, что он заболел и решил отправиться в их загородное поместье для восстановления сил.

— Тебе противно, не так ли? – рычит лорд Беркли, подходя ближе.

С каждым его шагом я все отчетливее понимаю, что такой след могло оставить только раскаленное железо, вонзившееся в плоть. И рана довольно свежая, судя по ярко-красному оттенку.

— Я… мне очень жаль, милорд, но как я могу быть виновата? Я даже не знала, что вы ранены, – возмущаюсь я.

И как он вообще смеет обвинять меня в таком?

— Не виновата, говоришь? – Лорд Беркли сухо усмехается, и черты его лица становятся каменными. – Держи ее, – кивает он другу.

Я не успеваю даже пошевелиться, как сильные руки хватают меня и оттаскивают подальше от двери. Мужчина забирает свечу, бросает книгу и шаль на пол и представляет меня лорду Беркли.

— Не виновата? – повторяет он и, приблизившись, хватает меня за горло.

Его друг удерживает мои руки за спиной, и как бы ни пыталась сопротивляться, я не могу сдвинуться ни на шаг.

— Угадай, что сказал человек, который это сделал? – спрашивает лорд Беркли, глядя на меня, и его ноздри раздуваются от отвращения. – Он сказал навсегда забыть о твоем существовании. Что это и станет моим спасением, если я больше никогда к тебе не подойду.

Мои глаза расширяются от шока.

Только один человек мог так поступить.

Амон…

— Отпустите меня. – Я пинаю мужчину, который до сих пор удерживает меня. – Я не имею никакого отношения к вашей травме, милорд. Пожалуйста, отпустите меня. Это неприлично. – Я пристально смотрю на него.

Его губы дергаются.

— Держи крепче, – приказывает лорд Беркли другу, а сам тянется к подолу моего платья.

— Что вы делаете? – кричу я и брыкаюсь, пытаясь оттолкнуть его.

Но мое сопротивление лишь сильнее его раззадоривает.

Прежде чем успеваю понять, что происходит, он отвешивает мне пощечину тыльной стороной ладони.

От резкой боли я пошатываюсь и на мгновение цепенею.

Лорд Беркли тем временем дергает за ночную рубашку, и я наконец осознаю его истинные намерения, отчего меня охватывает неподдельный, почти первобытный ужас.

И его достаточно, чтобы я смогла произнести только одно слово.

— Амон, – шепчу я в ночь, одновременно призывая его и умоляя.

— Что? Я тебя не расслышал, Лиззи, – усмехается лорд Беркли, поворачиваясь ко мне обожженной щекой.

— Но я расслышал, – раздается в библиотеке новый голос.

Воздух свистит вокруг него, когда Амон выпрямляется во весь рост, почти доставая до потолка.