Академия ядов - Елена Станиславская Страница 156

В глазах мастера сверкнул интерес: возможно, в этот миг он сложил вместе кусочки мозаики и догадался, что Тьяна отравлена «Любомором». Однако у Крабуха совсем не осталось времени на разговоры. Гул голосов становился все громче, и Тьяна слышала торопливые шаги.

— Мы убивали не ради себя, – сказал Крабух. – Только для высшего блага.

— Это еще хуже.

Мастер вдруг улыбнулся, беспечно и молодо, как человек, у которого все впереди – и исчез во тьме. Стол-механизм оглушительно щелкнул, и на лаз наползла каменная плита. Поддавшись порыву, Тьяна бросилась на пол, попыталась подцепить ее ногтями, но бесполезно – панель встала как влитая. Ударив по ней ладонью, а затем кулаком, Тьяна уселась на ковер и обхватила колени руками.

Конечно, бежать за Крабухом было бессмысленно. Единственный шанс поймать его: дождаться подмоги, затем распределиться вдоль побережья и попытаться перехватить мастера, когда он попытается покинуть остров. Получится? Тьяна почти не сомневалась: Крабух сумеет скрыться. Развеется, как мираж, оставив после себя славу таинственного, умного и привлекательно-опасного мастера.

«Алмазы должны становиться бриллиантами», – прозвучало в ее голове.

Тьяна сглотнула и, оторвав взгляд от плиты, увидела Мару.

Его лицо было в крови.

Глава 31. Чувство предельной ясности

— Что с тобой?

Тьяна вскочила, метнулась к Мару, и он бросился ей навстречу. Вцепившись друг в друга, они принялись осматривать раны: Медович наклонился к Тьяниным губам, а она осторожно смахнула алую каплю с его щеки. На скулах и возле глаз Мару кровоточили царапины. Глубокие, набухшие борозды. Такие мог оставить только зверь. Или человек.

— Что с тобой случилось? – повторила Тьяна.

— Просто наткнулся на ногти одной четверокружницы. Они оказались острыми. – Мару повел плечом – мол, не придавай значения – и невесомо коснулся ее подбородка. – А с тобой?

Догадавшись, что Медович говорил о Здраве, Тьяна хмыкнула.

— То же самое. Только в моем случае были не ногти, а кулак.

— Мы с тобой идеальная пара, – признал Мару, и уголки его губ приподнялись.

Тьяна улыбнулась в ответ, и по уставшему от напряжения телу прокатилась расслабляющая теплая волна.

— Что это за место? – В проем ввалился Еникай. – Оу. Вы что… – Его тон изменился. – Когда вы успели?

Тьяна повернулась к нему. На точеном мистерианском лице читались растерянность, смущение и любопытство.

— Успели что?

— Неважно, – отмахнувшись, Еникай пробормотал: – Я вон жалкую статейку закончить не могу, а кто-то и в неприятности влипает, и отношения заводит… Хитвик побери! – воскликнул он и уставился мимо Тьяны. – Это же Полок!

— Надо отнести его к Гнев, она…

— Не трогайте его.

Голос старшего мастера стальным клинком рассек воздух. Ворвавшись в комнату, Зорич метнулся к отравленному, стремительно осмотрел его, а затем обратился к Тьяне:

— Где мастер Крабух?

Она указала на пол:

— Ушел через тайный ход. Чтобы открыть, надо использовать столешницу как руль.

— Еллинек и Медович. – Старший мастер повернулся к Еникаю и Мару.

Тьяна вначале не поняла, почему Зорич назвал марку автомобилей, но быстро догадалась: похоже, Еникай был наследником главного машиностроительного предприятия во всем княжестве. Он что-то говорил об отце – владельце крупной компании. Удивляться тут в целом было нечему: каждый второй в Старике мог похвастаться семейным состоянием.