Моя! И это не обсуждается - Мила Гейбатова,Мила Синичкина Страница 18

— Ты новенькая, многого не знаешь, – не сдается Ксения.

— Да? – выгибаю вторую бровь. – То есть всерьез весь поток будет стоять и терпеливо

ждать, пока ты усмиришь свое эго?

— Мы драку хотим!

— Разборки! А не просто так стоять!

Доносится с разных сторон.

«А мне казалось, что оборотни и обладатели гена менее цивилизованны. Но нет, самая

неуправляемая и кровожадная масса – это люди», – отстраненно думаю про себя.

Блондинку я не боюсь, ничего даже не торкает в груди, она не оборотень, не парень, в

списке моих страхов она не числится. Не будет же она в самом деле со мной драться.

Это ведь как–то… Тупо? В институте–то, взрослым людям, девушкам.

— Ладно, будут вам разборки на обеденном перерыве за углом от крыльца, – с ленцой

произносит Ксения.

А народ радостно улюлюкает в ответ. Одногруппница отходит в сторону, пропуская меня

вперед. Я качаю головой на этот детский сад, кому–то очень хочется стать королевой

потока, и с легкостью замечаю подставленную мне подножку. Мои обостренные инстинкты

годны не только на обольщение Альф.

— Потренируйся в следующий раз, – произношу, оборачиваясь, – от такой подножки даже

трехлетка не упадет.

Народ посмеивается и вползает следом за нами в аудиторию. Все занимают свои места и

весело шушукаются, обсуждая только что увиденное. Я сажусь в этот раз выше, если

Ксения опустилась до подножек, то может вспомнить и другие детсадовские действия

вроде кидания бумажками и прочее.

— Ты всерьез будешь с ней драться? – шепотом интересуется у меня Настя, она

единственная из одногруппниц, решила сесть рядом со мной, остальные заняли места

посередине между мной и Ксенией.

— Вообще–то не собиралась, я таким примитивизмом никогда не страдала, но что ты

предлагаешь делать, если не это? – Немного нервно вытаскиваю тетрадь и ручку из

сумки. – Ты сама была свидетельницей, мне не оставили выбора.

— Выбор есть всегда, – тихо замечает Настя, а мне приходит на ум мысль, что злобная

блондинка и ее ставила в схожее положение, только та предпочла нейтрализовать

конфликт.

— Я не собираюсь позволять неуравновешенной выскочке вытирать о меня ноги дабы

потешить свое самолюбие, – невозмутимо отвечаю.

Цирк! Настоящий цирк творится в этом институте. Не иначе как наличие стольких

оборотней в одном месте повышает градус отношений между всеми.

— Я другого не пойму, – задумчиво произношу, – в пятницу все было нормально, чего она

на меня взъелась–то? Ведь не из–за восклицания о язве в самом деле.

В нашу сторону оборачивается брюнетка, пора бы вспомнить, как ее зовут, кажется,

все–таки Юля.

— О, а я, наверное, знаю почему, – сверкает она глазами, – ее кое–кто бортанул в

пятницу, и угадай причину!

15

15

Перевожу свой взгляд на Юлю и чувствую, как закипаю внутри. Отчего–то эти тайны и

сплетни выводят меня из себя даже больше нежели откровенно хамское поведение Ксении.

Я чувствую, что не понимаю их, никого из присутствующих. Я словно не город сменила,

а планету.

— Даже не буду стараться, ведь ты нас и так просветишь, – отвечаю одногруппнице

нейтральным тоном.

Настя бросает на меня обеспокоенный взгляд, но молчит. Ее тревога и нервозность уже

физически ощущаются в воздухе, не хотелось бы ругаться с единственной девчонкой в

группе, которая и на второй день общения хочет поддерживать со мной дружеские