Лотос и роза - Марья Зеленая Страница 181

— Дорогая, — произнес он с такой убедительной заботой, что у Виктории на мгновение помутилось в голове: не путает ли она сама? не сошла ли с ума? — Тебе нужно отдохнуть. После всего, что ты пережила...

Он взглянул на капитана с выражением:видите? видите, в каком она состоянии?

— Прошу прощения. Ей нужен покой.

Капитан понимающе кивнул.

— Конечно, конечно. Моя каюта в вашем распоряжении.

Ричард повел ее к трапу. Ни давления, ни рывка — просто рядом, как подобает любящему супругу.

Виктория шла по скрипучей палубе, а внутри твердело что-то холодное, как застывающий воск.

Даже если бы крикнула. Если бы договорила. Сказала бы все — он меня бьет, меня не похитили, я сбежала сама. Капитан посмотрел бы на Ричарда. Тот бы покачал головой. И капитан бы кивнул. «Бедная женщина. Что с ней сделали эти дикари».

Виктория сидела на краю койки уставившись в стену перед собой. Темные панели, облупившаяся краска. Вот и все. Никто не поможет. Не потому что не захотят — потому что не поверят. Ричард слишком тщательно выстроил эту историю, слишком хорошо. А единственный человек, который знал правду...

Его больше нет.

* * *

Свет появился раньше, чем она услышала шаги.

Желтая полоска под дверью, и следом звук ключа. Виктория не шелохнулась. Сидела на краю койки и смотрела на дверь.

Ричард вошел с керосиновой лампой в руке. Поставил ее на стол, привернул фитиль. Огонек поднялся, осветил стены, его лицо — и Виктория увидела то, что умела читать лучше любой книги: он в отличном настроении.

Он снял фуражку, положил рядом с лампой. Расстегнул верхнюю пуговицу мундира. Опустился на стул, вытянул ноги и посмотрел на нее — долго, в упор, не отводя глаз. Виктория не шевелилась, чувствуя как под одеждой взмокли подмышки.

— Должно быть, ты вообразила, что хорошо спряталась, — насмешливо бросил Ричард. — Нанкин. Гарем сумасшедшего царька. Изобретательно, надо признать. Для тебя.

Он достал портсигар, вынул сигару. Откусил кончик, сплюнул на пол. Чиркнул спичкой, поднес к кончику — неторопливо, давая разгореться. Выдохнул дым в сторону Виктории, не глядя на нее — как выдыхают в пустоту.

— Гадаешь, как я тебя нашел? — Поднял глаза, взглянул ей в лицо. — Робертс. Помнишь его? Добрая душа. Написал в британское консульство, сообщил, где тебя искать. — Он слегка качнул головой, как будто сам находил это забавным. — Хороший человек, Виктория. Богобоязненный. В отличие от некоторых.

Она не шелохнулась. Только пальцы на коленях сжались сильнее.

Ричард увидел. Усмехнулся, затянулся вновь.

— Я явился с военным пароходом. С солдатами. Встал под стенами дворца и дал понять, что уйду не один. — Сигара описала в воздухе ленивый полукруг. — Эти мятежники воюют на три фронта, четвертый им ни к чему. К самому главарю меня не пустили — безумец возомнил себя Богом. Но его супруга, к счастью, оказалась весьма разумной. Мы с ее людьми быстро договорились: она выдает тебя, а я убираю пушки.

Он помолчал, глядя на нее с тем выражением, которое Виктория знала наизусть — то самое, что всегда предшествовало самому худшему.

— Твой китаец, кстати, тоже не сидел сложа руки. Готовил побег. Веревочная лестница, одежда, подпиленная решетка. Как трогательно. — Он стряхнул пепел на пол. — Жаль, только, что напрасно. Жена царя знала о каждом его шаге с самого первого дня. Просто ждала — смотрела, как далеко он зайдет.