Интересы короны - Юлия Арниева Страница 21

Выдохнув через нос, я распрямилась и взяла со спинки кровати жёсткое, пахнущее щелоком полотенце.

— Прижми, — я сложила ткань вчетверо и силой направила его ладонь поверх раны, ощущая кожей жар его тела и липкую влагу. — Крепко. Вот так.

— Миледи, — просипела миссис Грант из дверей голосом, каким в церкви читают заупокойную, — мне послать за доктором Хоупом? Он живёт на соседней улице, Томас добежит в четверть часа…

— Не надо, — прохрипел Дик прежде, чем я успела открыть рот.

Миссис Грант уставилась на него, и столько немого изумления было в этом взгляде, что я почти пожалела её.

— Дик прав, — сказала я. — Доктор будет задавать вопросы, которые нам сейчас ни к чему.

Обернувшись к ней, я принялась перечислять быстро, пока та не успела возразить:

— Принесите сюда горячей кипячёной воды, таз, чистой ткани побольше, тонкую иглу, шёлковые нити, винный спирт. Всё, что найдётся.

Тишина в тесной каморке натянулась вибрирующей струной.

— Вы намерены зашивать рану сами, миледи? — наконец изумленно выговорила миссис Грант.

— Идите, миссис Грант.

Она ушла, и каблуки её туфель отбивали по каменному полу коридора короткий, очень чёткий ритм — так ходят люди, которым необходимо срочно оказаться как можно дальше, пока они не сорвались на непростительную дерзость.

Я придвинула стул к кровати и опустилась рядом. Дик сидел неподвижно, прижимая полотенце к боку; пальцы его были перепачканы в тёмном, уже начавшем подсыхать багрянце. На столе стоял стакан с водой — Грант, должно быть, поставила его ещё до моего прихода. Я протянула его Дику молча.

Он взял стакан, коснувшись моих пальцев своей горячей, шершавой ладонью. Выпил всё до капли, не морщась, хотя при каждом глотке его грудная клетка двигалась осторожно и скупо, как у человека, знающего точную цену каждому вдоху и каждому лишнему движению.

— Где ты был, Дик?

Он помолчал секунду, глядя на пламя свечи, которое выхватывало из темноты его избитое лицо. Казалось, он взвешивает каждое слово на невидимых весах, прежде чем заговорить.

— Когда констебли с Боу-стрит увезли вас, миледи, я отправился прямиком на Керзон-стрит.

— К дому Колина.

— Да, к особняку виконта. Прислуга всегда видит больше, чем хочет показывать хозяевам. Я ждал долго, укрывшись в тени соседнего портика. Уже в глубоких сумерках, лакей вышел во внутренний двор — за углем для каминов, кажется. Я зашёл со спины…

— И что же он поведал под таким напором?

Дик чуть сморщился.

— За день до того, когда милорда нашли мёртвым, к нему явился некий мистер Сандерс. Зашёл не через парадный вход, а через заднюю дверь, будто вор или старый знакомый, знающий все ходы. Лакей наткнулся на него случайно в коридоре, тот уже поднимался по лестнице к кабинету. Они заперлись внутри, — Дик сделал паузу, и его кадык дернулся. — Лакей подслушивал у двери. Слышал, как виконт орал. Обзывал гостя ничтожеством, которому наплевать на их общую честь и древний род.

— Хм… странно, — произнесла я медленно, чувствуя, как холод камня Ньюгейта снова напоминает о себе. — Генри Сандерс сказал мне у коронера, что так и не увидел Колина живым. Уверял, что узнал о гибели кузена только от управляющего по прибытии.

Я откинулась на спинку стула и, глядя на причудливо танцующие по стенам тени, принялась медленно перебирать в памяти всё, что мне было известно о внезапно прибывшем в Англию родственнике.