Агентство Купидон. Чудо в подарок - Екатерина Мордвинцева Страница 22

— Тише, Уголек, тише, — приговаривала она усталым, но терпеливым голосом. —

Сейчас все будет.

Мысли ее, однако, были далеко отсюда. Они витали в холодной, тихой башне у

Старых Дуплистых Дубов. Прошло уже несколько дней с момента того

вынужденного перемирия. Она навещала Пепелька каждую ночь, как и

договаривались. Башня Арвена за эти дни не стала ни уютнее, ни

гостеприимнее, но в ней появился крошечный островок тепла у вечно горящего

очага. И, что самое удивительное, появилась рутина.

Арвен практически не разговаривал с ней. Он либо молча сидел в своем кресле из

черного дерева, уткнувшись в один из древних фолиантов, либо стоял у

стеллажей, быстро и безошибочно выдергивая нужные тома. Он работал с фокусом

и скоростью, которые пугали. Иногда он задавал короткий, точный вопрос о

состоянии котенка: «Температура?», «Потребление жидкости?», «Излучение?».

Она отвечала так же лаконично, докладывая, как офицер.

Но было и кое-что еще. Иногда, когда она сидела, склонившись над Пепельком,

пытаясь влить в него очередную каплю укрепляющего эликсира, она чувствовала

на себе его взгляд. Не оценивающий и не подозрительный, а изучающий. Как

будто он наблюдал не только за пациентом, но и за ней. За ее методами, за ее

терпением, за тем, как ее пальцы, несмотря на усталость, оставались нежными

и точными.

А Пепелек… Пепелек по-прежнему не просыпался. Но его магия вела себя иначе

рядом с Арвеном. Она не вспыхивала ярко, как в первую ночь, но теперь свет в

его груди пульсировал ровнее, стабильнее, как будто нашел слабый, но

постоянный источник подпитки. Он начал инстинктивно поворачиваться в сторону

дракона, когда тот подходил ближе, и его дыхание становилось глубже.

Это были крошечные, почти невидимые изменения, но для Лиры они значили все. Они

доказывали, что она была права. И заставляли ее смотреть на молчаливого

стража башни в новом свете. Не как на угрозу или помеху, а как на часть

решения. Сложную, неподатливую, но необходимую часть.

Дверной колокольчик звякнул, выдергивая ее из размышлений. Лира, закончив

бинтовать лапку саламандренку и отпустив его в специальный террариум,

вытерла руки о передник и вышла в приемную.

— Эмма! — удивилась и обрадовалась она, увидев знакомую фигуру с корзинкой в

руках. — Что случилось? Травы не подошли?

Эмма Броудс улыбнулась своей теплой, слегка загадочной улыбкой. Она выглядела

как всегда — собранной, но с тем проницательным блеском в зеленых глазах,

который всегда заставлял Лиру думать, что подруга видит чуть больше, чем

говорят.

— Наоборот! Саруг в восторге. Говорит, двое клиентов после твоего чая так

расслабились, что чуть не уснули за десертом, но зато признались друг другу

в любви к одному и тому же сорту сыра с плесенью. Считай, лед тронулся.

Лира рассмеялась, почувствовав, как часть дневного напряжения уходит.

— Рада слышать. Чем могу быть полезна? Новую партию?

— И новую партию, и хотела кое-что уточнить насчет дозировки для троллей, —

Эмма положила на прилавок свою корзинку и обвела взглядом комнату. Ее

взгляд, казалось, скользил не по клеткам и полкам, а по самому воздуху,

выискивая что-то. — И как твои дела? Выглядишь задумчивой. Не слишком ли

много работы?

Лира пожала плечами, отворачиваясь, чтобы скрыть внезапную смущенную улыбку.