Барыня Друидка - Елена Шатилова Страница 24

Зверинец располагался на Сенной площади, компаньонка, за меня сообщила извозчику, видя, что я не запомнила. Да я и не знала. Сегодня мы ехали в наёмном экипаже, так сподручней, так как «парковки», если можно было так выразиться, можно было не найти. Сегодня суббота, а значит, много народа.

Ехали мы довольно долго, площадь находилась на окраине города, поэтому, у меня было время чуть остыть от возбуждения. Но когда мы вышли и окунулись в толпу разношёрстого народа, люди сновали туда-сюда, такого столпотворения я давно не видела, я напряглась. А причина была для меня весомая, в такой толпе сто процентов есть воришки, и я боялась лишиться денег, тогда накроется мой зоопарк.

Засунула свою сумочку под шубку и прижав к себе, пошла за Вероникой. Меня периодически толкали разные личности, но пока я была спокойна. Опасная ситуация наступит, когда я достану сумку у кассы. Может, я зря так волнуюсь, но мне так и мерещились взгляды со всех сторон.

Зверинец мы увидели издали, над площадью возвышался пёстрый шатёр, окружённый повозками с клетками, которые снаружи были обиты щитами с изображениями красочных картинок и надписями: «Мир чудес Надир-бей Великолепного».

Вокруг было много народа, которые выискав щели, пытались хоть что-то увидеть, кому-то удавалось, тогда слышались восторженные возгласы. В основном это были дети из бедных семей, судя по одежде.

— Барыня, дай копеечку, — меня кто-то дёрнул за платье. Мальчишка с обезоруживающей улыбкой. Но ребёнок остаётся ребёнком, и он сразу выдал себя. Чуть скосив глаза в сторону.

Маленький засланец. Тем, кто его направил ко мне, нужно, чтобы я сумку вытащила. Конечно, нехорошо, отказывать ребёнку, но я ухмыльнулась и пошла дальше. Дудки вам!

Мы подошли к кассе, впереди стояло всего несколько человек. Я посмотрела цены и была приятно удивлена. Фёдор Александрович мне дал аж двадцать рублей, а билет стоил сущие копейки, в прямом смысле. Детский 10 копеек, вне зависимости от сословия. Взрослый — 20 копеек. Был ещё за пятьдесят с припиской на корм животным, это для таких, как мы. Представление оплачивалось отдельно и уже в самом шатре.

Я чуть распахнула шубку и, не вынимая сумку, стала нащупывать деньги, что-то, а наминал, по размеру, отличить могу. На мои действия Вероника улыбнулась, но без насмешки. Она не стала за себя платить, это моя обязанность.

Вытащив три рубля, я купила нам по билету и на остальные взяла детских. Кассирша поняла, для чего это, и со странной улыбкой стала отсчитывать плотные небольшие бумажки.

— Пойдёмте детишек порадуем, — разделила билеты и передала часть Веронике. Она с готовностью взяла.

— Только осторожней, барыня, задавят, — она хохотнула.

Я поняла о чём она, практически сразу, когда подала билет первому ребёнку. Сбегаться стали со всех сторон, словно где-то открыли шлюз с мелкими спиногрызами.

Двадцать билетов разлетелись за несколько секунд, и нам пришлось спасаться бегством, под галдёж и визг детских голосов. В итоге я ещё и жадной барыней оказалась.

— Было весело, — зайдя на территорию зверинца, я продолжала смеяться. За нами потянулись осчастливленная ребятня и стала разбегаться в стороны, прилипая к ограждениям и тыча пальцами.

Да, этот зверинец отличался от тех, что разъезжают у нас по стране только конструкцией клеток, и особенными животными. А так та же вонь, которую приглушал мороз, да измученные твари. Ведь как тебя ни корми, как ни убирай дерьмо — клетка останется клеткой.