Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша - Анна Денисова Страница 25

— Это что? — спросила баба Маня, оглядываясь.

— Что «что»? — невинно переспросила я.

Она сделала еще шаг.«ЧМОК». Еще шаг.«ЧМОК-ЧМОК».

Звук шел от ее ног. Точнее, от подошв, которые теперь, казалось, прилипали к деревянному полу при каждом движении.

— Ой, мамочки, — прошептала баба Маня и сделала еще несколько шагов.«ЧМОК. ЧМОК. ЧМОК-ЧМОК-ЧМОК».

— Ты чего со мной сделала, Лира?! — в голосе бабы Мани зазвучали панические нотки. — Я что, теперь всегда так ходить буду?!

— Нет-нет, что вы! — замахала я руками. — Это побочный эффект! Временный! Остаточная магия выходит через ноги! К утру пройдет!

Баба Маня, продолжая издавать «чмоки» при каждом шаге, вышла за дверь. Через мгновение с улицы донеслось:

— ЧМОК. ЧМОК. ЧМОК.

И удаляющийся крик:

— Ну, Лира! Ну, целительница! Если не пройдет — вернусь! И уши тебе надеру, хоть ты и магичка!

Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось где-то в горле.

— Муртикс, — прошептала я, — что это было?

Кот спрыгнул с печи, подошел к тому месту, где стояла баба Маня, понюхал пол, потом лизнул и сморщился.

— Улиточная эссенция. Я же говорил, она склизкая. Видимо, у тебя получился усиленный вариант. Твоя эта… странная магия, она сработала на то, чтобы эссенция не просто впиталась, а приклеилась. Крепко.

— Но я не колдовала! Я просто мазала!

— А магия у тебя, похоже, сама работает, когда ты сильно о чем-то думаешь, — Муртикс почесал задней лапой за ухом. — Ты о чем думала, когда мазала?

Я попыталась вспомнить. Я втирала холодную слизь в поясницу бабы Мани и думала… Думала о том, что хорошо бы, чтобы эта гадость подольше подействовала. Чтобы не пришлось переделывать. Чтобы с первого раза помогло и баба Маня больше не возвращалась.

— Ой, — сказала я.

— Вот тебе и «ой», — передразнил Муртикс. — Ты хотела, чтобы подействовало подольше. Твоя магия услышала и сделала. Теперь у бабы Мани ноги-присоски. До завтра, как ты и обещала. А может, и дольше. Как повезет.

Он вдруг хрюкнул, и я поняла, что он смеется.

— Ой, не могу… Ты бы видела ее лицо! «ЧМОК-ЧМОК»! По всей деревне теперь будет «ЧМОК-ЧМОК»! Представляешь, придет она на базар, а там лужи после дождя. Она как наступит — и прилипнет! Будет стоять посреди дороги и орать: «Спасите, Лира заколдовала!»

Он повалился на бок и задрыгал лапами в приступе кошачьего хохота.

— Ну вот, — сквозь смех выдавил он, — теперь у нас в деревне будет свой музыкант. Будет баба Маня ритм отбивать на деревенских праздниках. Без бубна, одними ногами. Главное, чтобы в лужу не наступила, а то прилипнет намертво и будет стоять, как пугало огородное!

Я хотела возмутиться, но, представив эту картину, не выдержала и тоже засмеялась. Мы ржали вдвоем: я — сидя на корточках у двери, Муртикс — катаясь по полу и дрыгая лапами.

Отсмеявшись, я вытерла слезы и сказала:

— Ладно. Первый пациент выжил. Уже хорошо. Но надо срочно разобраться с моей магией. Я не могу лечить людей, думая о чем попало. Вдруг в следующий раз я захочу, чтобы у пациента голова прошла, и у него уши отвалятся?

— А вот этому я тебя и буду учить, — важно сказал Муртикс, поднимаясь и отряхиваясь. — Контроль. Ты должна научиться думать о том, чего ты не хочешь, так же четко, как о том, чего хочешь. Лира это умела. Она всегда говорила: «Лечить надо с оглядкой, чтобы не навредить сверх меры».