Развод с драконом. Я вышла за его палача - Виолетта Весна Страница 25

— Потом как-то перестала спрашивать себя, чего хочу, — добавила я. — Сейчас пытаюсь вспомнить.

Мартен не стал говорить, что мне делать. Он ел яблоко, осторожно, потому что мякоть еще обжигала, и дал мне время закончить.

— Я любила шить. Не только чинить. Выбирать ткань, придумывать, как она будет лежать. Раньше помогала матери. У нее получалось лучше, но некоторые вещи она доверяла мне полностью.

— Почему перестали?

— Не сразу перестала. Сперва были другие дела, потом родился Ян. Заказы стало проще отдавать портнихе. А мне оставались пуговицы и швы, которые нужно зашить сейчас, пока ребенок не убежал.

Мартен улыбнулся.

— Это тоже умение. Я один раз пришил застежку так, что куртка перестала сходиться.

— Перекосили?

— Видимо. Пришлось все срезать.

— Надо сначала наметить, где она должна быть.

— Теперь знаю.

Вернулась Фрида со сливками. Я подала ей яблоко, спросила, где лежит ткань на шторы, и поймала себя на том, что говорю о завтрашнем дне без прежней спешки. Мне захотелось подшить их красиво, с ровным широким краем. Заодно посмотреть, что осталось в моей шкатулке, и докупить ниток.

Когда мы убрали со стола, время было возвращаться. Роос надел плащ, а я принялась завязывать свой. У зеркала в прихожей горела одна свеча. Он немного наклонил голову, чтобы не задеть подвешенный над дверью пучок сухих трав, и я увидела у него в волосах несколько светлых прядей. Раньше не замечала.

— Спасибо за ужин, — сказал он Фриде.

— Приходите, если окажетесь рядом. Только лучше до того, как все съедим.

— Предупреждение принято.

Я надела перчатки, пряча улыбку. Тетка обняла меня, велела не задерживаться на холоде и закрыла за нами дверь.

Мы дошли вместе до площади. Дальше ему нужно было сворачивать к внешней стене, а мне — идти к лечебному двору.

— Вас проводить? — спросил он.

По улице еще ходили люди. От ворот лечебного двора нас отделял один прямой освещенный переулок.

— Я дойду. Спасибо.

Он кивнул, не настаивая.

Я сделала несколько шагов и обернулась.

— Мартен.

Мне впервые захотелось окликнуть его просто по имени. Он остановился.

— Я рада, что вы остались.

— Я тоже, Аделина.

На этом мы попрощались. До лечебного двора я шла, чувствуя сытость и приятное тепло после еды. У ворот поправила волосы, хотя они держались хорошо, и убрала руку. Я мысленно готовила оправдание за сегодняшний вечер, пока не поняла, что оно не нужно.

Ян не спал. Он поинтересовался, что было на ужин, и спросил, привезли ли его коробку со стола. Я ответила, что привезли, рассказала про третью тарелку и яблоки.

— Роос тоже был?

— Да. Он приходил из-за охраны, а потом остался поесть.

Сын помолчал.

— Он будет приходить, когда мы переедем?

— Пока не договаривались.

Я не стала спрашивать, хочет ли он этого. Ян перевернул страницу, но читать не начал. Я села на соседний стул и принялась шить ему новый мешочек. Через некоторое время сын отложил книгу и попросил потушить лампу.

Следующий день начался с осмотра. Эльза попросила Яна пройти от кровати к двери, немного постоять и вернуться. Я держалась рядом, стараясь не подхватывать его под локоть раньше, чем это понадобится. На обратном пути он сам взял меня за руку.

Врач осмотрела кожу на предплечьях, послушала дыхание и долго расспрашивала о боли. Затем обратилась ко мне: