Сага о принце на белом коне. Книга 1 - Юлия Стешенко Страница 34

— Не уверен насчет совета, – Дарри, подступив поближе, тревожно оглянулся – словно их могли подслушать враги. – Торвальд, там к госпоже Финне госпожа Катла приехала.

— Катла? – Торвальду никогда не нравилась эта болтливая дура. Но мать почему-то питала к ней искреннее расположение и всячески привечала. С другой стороны… Катла была слишком самодовольна, чтобы завидовать, и слишком глупа, чтобы интриговать. Да и красотой не отличалась. Такую подругу можно хоть каждый день в гости звать без опасения, что муж на нее заглядываться начнет. Может, в этом все дело? – Ну, если Катла, то там разговоров до вечера будет, – Торвальд подергал одну тетиву, послушал, как она звенит, и взял другую. – Скажи матери, что я после охоты зайду к ней.

— Э-э-э… – на лице у Дарри проступило настолько очевидное сочувствие, что Торвальд нахмурился.

— Что? Что случилось?!

— Боюсь, после охоты не получится. Госпожа Финна ждет вас прямо сейчас.

— Сейчас? Я не могу сейчас! Уже выезжать пора, меня парни ждут! Я и так задержался!

— Госпожа Финна выразилась совершенно понятно. Прямо сейчас, дело не терпит отлагательств. Не знаю, что произошло, но госпожа Катла выглядела заплаканной и удрученной.

— А я тут при чем? Я что, слезы ей вытирать должен?!

Несколько мгновений Торвальд таращился на тетиву в руке, потом коротко выругался – и швырнул ее на стол.

— Троллева задница! Ладно. Сейчас иду. Обуюсь только. Ну, что ты стоишь? Давай мне сапоги! Да не эти, вон те, старые!

Быстро обмотав ноги суконными портянками, Торвальд обулся и затянул ремешки. Если поторопиться, может, и есть шанс успеть. В крайнем случае догонит парней по дороге. Все равно поедут они не торопясь, а Жемчужный быстрее любой лошади в городе. Да, можно догнать, если постараться. Главное – не тратить время на долгие разговоры.

Ну Хелль тебя раздери! Что матери в голову втемяшилось? Ведь знала же, что он сегодня насчет охоты уговорился, еще вчера знала! Но нет, вынь да положь. Явись, Торвальд, пред светлы очи. И придется явиться! Уж если Финна на чем-то упрется, то не уступит ни пяди. Хоть злись на нее, хоть обижайся, хоть плачь.

Иногда Торвальд думал, что отец именно поэтому и приблизил ласковую, улыбчивую, мягкую Лекню. Все-таки мужчине нужна женщина, а не серебряная статуя на вершине снежной горы. Будь Финна хоть немного поласковее, поуступчивее, тупоголовая грудастая Лекню так и осталась бы случайным увлечением.

Но нет. Мать из тех, кто сломается, но не согнется. И вот результат. Лекню живет в собственных покоях, а бастард ничем не отличается от законного наследника. Кроме, собственно, права наследования. Эх, мама-мама…

Из комнаты доносились голоса – низкий, певучий Финны, и высокий, с надрывными всхлипываниями, – Катлы.

Остановившись за углом, Торвальд глубоко вдохнул, на мгновение закрыл глаза, смиряя дух, и переступил порог.

Хозяйка и гостья сидели за столом, почти соприкасаясь плечами. Полное, тяжелое лицо Катлы опухло от плача, и красный кончик носа блестел, как сигнальный огонь в ночи. Финна, приобняв подругу одной рукой, второй подкладывала ей в тарелку овечий сыр. Катла, не глядя вниз, на ощупь брала белые рыхлые куски, совала их в рот и мерно, бездумно жевала. По щекам, таким же белым и рыхлым, как сыр, текли медленные слезы. Финна молча кивнула Торвальду на лавку в углу, подняла кувшин и вылила в кубок гостьи остатки бьера.