Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 354

— «Боевые листки» выпускать! – на полном серьезе отозвалась Фаня. – И стенгазету. А еще – альбом будем делать. О нашем походе.

— Так всего-то пять дней!

— Успеем! Сделаем.

Первые пару километров походники едва прошли, увязая в грязи, что называется, по самые уши, и Громов пару раз сворачивал с курса, пытаясь отыскать хоть какую-нибудь тропинку, ибо идти вот так, по колено в чавкающей жиже, не представлялось совершенно никакой возможности.

— Ничего! – подбадривая загрустивших ребят, беспечно шутила Фаня. – Ночью подморозит – завтра с утра, как по асфальту, пойдем.

Андрей в ответ на это лишь скептически ухмыльнулся, пионеры стояли тоже какие-то невеселые – все поглядывали на непролазную грязищу Слава богу, где-то позади вдруг послышался какой-то гул, переросший в явно приближающееся тарахтенье мощного двигателя.

— Танк, что ли? – закрываясь от солнца, Громов приложил ладонь козырьком ко лбу и присвистнул. – Так вот ты какая, волокуша!

Утробно тарахтя и лязгая гусеницами, из зарослей черемухи и рябины, попыхивая выхлопной трубой, выбрался серый гусеничный трактор с прицепленными за ними санями, грубо сколоченными из толстенных досок. Массивные – из бревен! – полозья расталкивали грязь… вообще, похоже, волокуша катила по ней, как по маслу.

— Эй, эй! – выбежав наперерез трактору, Андрей замахал руками.

И – чудо! – звук мотора вдруг резко прекратился, и наступила такая тишь, что слышно было, как где-то далеко-далеко перекликиваются какие-то птицы.

— Вы, девчонки, с ребятами пока побудьте, – обернулся Громов. – А я тут договорюсь. Эй! Здорово!

Запрыгнув на тракторную гусеницу, молодой человек заглянул в кабину:

— В Алексеевский сельсовет?

— Туда, – угрюмый, весь пропахший соляркою тракторист в засаленной до полной невозможности кепке распахнул дверцу и закурил беломорину.

Круглая, изборожденная грязными морщинами физиономия его отнюдь не напоминала лицо доброго самаритянина.

— Чэво надо? – упирая на твердое «ч», неприветливо осведомился мужик.

Капитан-командор улыбнулся:

— До парома подбросил бы, а?

— Не положено! Эта у меня… инструкция!

— Ну, сам-то глянь, – не отставал Громов. – У тебя сани-то наполовину пусты! Мы бы вон там, между бочками уселись… а?

— Говорю же – ин-струк-ция!

Словно «инструкция» тракторист старательно выговаривал по слогам, видать, нравилось ему произносить столь ученое слово.

— Так мы бы заплатили.

— Зачэм?

— Так тебе что, деньги совсем не нужны, дядя?

— Дак не нужны. Зачэм? – не проявляя никакого интереса, тупо повторил мужик. – Лан-но, по-ихал я, опоздаю.

Выбравшись из кабины, тракторист ухватился за тросик пускового двигателя, с первого разу не завел, и Громов быстро бросился к саквояжу, рванул прихваченный по совету Витька жбан – хороший жбан, не какая-нибудь там «чекушечка», настоящая поллитра за двадцать один рубль двадцать копеек!

— Может, так?

— Хо! – углядев водку, мужик улыбнулся Андрею как самому лучшему другу. – Ишь ты – «сучок»! Магазинная?

— А ты думал? Так подвезешь?

— Сейчас… Эй! – подбежав к пионерам и девушкам, тракторист махнул рукою. – В волокушу-то забирайтеся да держитесь крепче, не то послета-ете да-ак!

— Вот спасибо!

Обрадованные детишки проворно забрались в сани, точнее сказать – на дощатую платформу, с относительным комфортом разместившись между бочками с соляркой и какими-то темно-зелеными ящиками.