Рывок в будущее - Владимир Бабкин,Виталий Сергеев Страница 37

Алексей вовсе не был далеким от техники человеком, а моих чудес он уже повидал. Потому резонно спросил:

— А если твой паровой двигатель на сию лодку установить?

Киваю.

— Думал. Но пока не вижу решения. Дыму нужно куда-то деваться. Тут и так воздушная труба и перископ будут над водой торчать, днем будет видно следы от движущейся под поверхностью лодки. Нужно либо как-то ночью или в сумерках, на закате или на рассвете. А труба с дымом точно выдаст наблюдателям противника лодку. Начнут из пушек стрелять. Нам это зачем?

Он усмехнулся.

— А попадут? Паровик быстро движется.

— Но не под водой. Будь реалистом. В общем, я пока не решил вопрос. Думаю.

— Что ж, думай, мыслитель. Вообще, затея мне нравится. Много денег ушло на сие?

— Хочешь добавить? Много, Леша, много. Не три рубля серебром, уж поверь.

Кивок.

— Верю, Петр, верю. Я поговорю с Лисавет. Пусть тряхнет Адмиралтейство.

Скептически смотрю на него.

— Там только на согласование уйдет год, а то и два. Пришлют комиссию. Начнут разбираться, рубить все, вопросы задавать и похоронят все дело. Нет, я лучше сам доведу до ума, не спрашивая мнения индюков из Адмиралтейства. Я им ничего не должен. Сделаю – покажу. Сначала тебе и Матушке, а, если она одобрит, то и Адмиралтейству. Нам таких лодок немало нужно, случись война на море.

— Резонно. Но мы с Лисавет тоже можем деньжат подкинуть на благое дело. Частным образом. Откажешься?

Усмехаюсь.

— Нет, конечно. Не откажусь. Но много надо будет «подкидывать». Это же не все.

Разумовский хмыкнул.

— Ты меня пугаешь. Еще какое чудо измыслил?

— Самодвижущаяся мина. Пока сырая идея. Но мы работаем и над этим тоже. Пока на уровне идей, чертежей и опытов. Для парового двигателя такая мина должна быть очень велика. Но, если как-то установить пусковые аппараты на линейные наши корабли, то, учитывая расстояния при сближении, можно и попасть во вражеский корабль. Может не успеть уклониться. Но, повторюсь, это просто идея. Я пока не вижу практического решения. Но верю, что сие возможно. А это, замечу, наряду с подводной лодкой, тоже требует денег. Так что от них я точно не откажусь. Отчитаюсь за каждую копейку.

Леша хлопает меня по плечу.

— Ой, уж кому-кому, а тебе полное доверие. На девок не спустишь?

Хитро улыбается.

— А то при дворе многие на пальцах считают сроки вашего расставания и сроки родов Катерины. Разговоры идут.

Я знал об этих разговорах. Лина тоже умеет считать на пальцах. Но молчит. Она уверена, что Катерины после нашего возвращения из Москвы в Итальянском не было. Но нашим кумушкам дай поболтать. Нартов официально считает, что это его ребенок. Зачат по всем данным в первую их брачную ночь. Но бывают же и переношенные беременности? А я? Мне претензий никто не предъявлял. Включая Катерину.

Но Разумовский решил меня добить:

— Матушка дозволила Бестужевым-Рюминым и Понятовской вернуться в Петербург.

Ох, Лиза-Лиза, как же ты мне дорога… И все интриги твои… Не даешь спокойно жить. А если у меня и Лины опять родится девочка, то даже боюсь представить потом царские утонченные интриги. Мало не покажется никому. Императрица в холодной ярости – это всегда чревато. Хорошо хоть с Ягужинской я детей не заделал. Счастлива Настя сейчас со своим Александром Понятовским, сына родила ему, как говорят. Как бы ее матери меньше болтать…