Газолин - Виктория Голубева Страница 40

— Даррен, что не так? – спокойно спрашивает Энн.

— Он некрасиво выворачивает локоть, когда начинает крутить руль, – выдает тот, и я готова его придушить.

Все хорошо, Сиена. Он режиссер. Он очень талантливый. Ему виднее.

Наверное.

Энн смотрит на меня и кивает на водителя.

Теперь мне еще придется объяснять каскадеру, зачем прижимать локти к бокам во время контролируемого заноса. Надеюсь, он поймет, ведь замены у нас нет.

И без того раздутый бюджет фильма не предусматривает нескольких каскадеров для простых съемок, поэтому в Майами мы привезли только одного. И у него никак не опускается локоть во время дубля.

Прохожу мимо Энн, как раз когда у нее вибрирует телефон. Она достает его, и я успеваю заметить фото ее взрослого сына на экране.

С недовольным видом отвечает: «Да. Грузчики приедут сегодня. Ты должен быть дома. Точка». Отключается без прощания. Не очень по-матерински, похоже, сын ее достал. Обычно она… поспокойнее.

— Дэн, слушай, – я подхожу к съемочному болиду и наклоняюсь к водителю, – можешь прижать локти к бокам, когда входишь в занос? Кадр чище, когда видно, как ты сжимаешь руль, а из-за локтя все смазывается.

Каскадер поднимает визор шлема и смотрит на меня как на умалишенную. Примерно так я себя и чувствую.

Кивает. Отлично, большего и не нужно. Показываю Энн большой палец и возвращаюсь на свое место.

— Камера, мотор! – по площадке разносится ее громкий, хорошо поставленный голос.

Машина подъезжает к отмеченному месту и с визгом шин вычерчивает первый круг, потом второй. По асфальту уже стелется дым от сожженной резины.

— Стоп! – орет Даррен так, что в наушниках звенит. – Локоть! Опять локоть!

Как он вообще этот локоть разглядел? Болид все время в движении, дым уже достает до верхнего края колес – ничего же не разобрать.

Подхожу к Энн. Она уже отсматривает только что снятый дубль, останавливает видео, когда машина заходит на первый круг.

Локоть поднят. Проклятье!

В мозг Даррена, кажется, встроен модуль синхронизации с камерой – кадры он ловит одновременно с ней.

На лице Энн невозможно прочитать никаких эмоций. В отличие от Клавдии, нашей главной героини. Та сидит в кресле со своим именем на спинке и откровенно скучает. На лице застыло недовольство. Гример раз в десять минут поправляет ей макияж, а сама она листает что-то в телефоне, не обращая внимания ни на что вокруг. Ждет следующего дубля, где нужно подойти к гонщику и обнять его, когда парень выйдет из машины.

— Попробуем еще раз? – деловито спрашивает Энн, зажав микрофон в кулаке, чтобы не транслировать разговор с Дарреном на всю команду. Я, как ее главный помощник, стою за спиной и все слышу.

— Не вижу смысла, – холодно отвечает Даррен. – Он явно не в состоянии прижать этот чертов локоть и просто портит мне кадр.

— Может, попробуем переставить камеры, тогда… – начинает Энн, но Даррен не дает ей договорить.

— Он ездит по кругу. Куда ни поставь камеру – везде закроет руль своей культяпкой. Найдите мне другого водителя, – капризно протягивает он и складывает руки на груди.

Мы с Энн переглядываемся: у нас один каскадер, идеально совпадающий по телосложению с Оливером. Запасных в Майами мы с собой не захватили.

Энн медленно поворачивается ко мне, и я понимаю: это конец. Похоже, поиск второго водителя станет моей проблемой. Была слишком хорошим помощником и вот допрыгалась. Теперь мне достаются самые «интересные» задачи.