После развода — в ведьмы. Бывший муж и прочая нечисть - Виолетта Весна Страница 41

— Прилавок остаётся открыт, — сказала я. — Но вывешу копии протоколов анализа и сообщение, что магическая проверка проводилась в другом помещении.

— Это ваше решение как продавца.

— Именно.

Мила принесла прозрачную подставку. Мы поместили туда сертификаты трёх партий и короткое объявление без упоминания Ирины или «Баланса». Первый посетитель прочитал всё, задал два вопроса и купил шиповник. Вторая женщина развернулась у двери. Я не пыталась вернуть её обещанием безопасности сверх документов.

Я переслала Ирине только одно сообщение: «“Баланс” подал жалобу и указал вашу учётную запись. Наши документы подтверждают, что вы не заявляли обвинений. Если нужна копия расписки или юридический контакт, напишите».

Ответа не было.

К полудню «Второй шанс» продал шесть пакетов чая. Покупатели обсуждали жалобу тише, чем вчера обсуждали мой развод, но смотрели внимательнее.

Семейным спором дело больше не было. Где-то в филиале лежали трудовые приложения, в которых добровольность превратили в служебный пункт. И как минимум одна женщина боялась отказать работодателю ещё до того, как узнала название морока.

ГЛАВА 8. Архив чужих решений

Жалобу «Баланса» назначили на восемь тридцать утра. В электронной повестке моя фамилия стояла рядом с формулировкой «незаконная диагностика и распространение порочащих сведений», хотя я не распространила ни результата, ни названия партии.

До заседания я разложила документы в том порядке, в каком произошли события: расписка Ирины, три учебных контроля, акт выдачи служебного смыва, видеозапись работы, температурный журнал, акт обратной передачи. Отдельно — сертификаты торгового сырья, которое «Баланс» требовал изъять вместе с лабораторными материалами.

Мила поставила рядом кофе.

— Ты выглядишь так, будто собираешься проверить комиссию на соответствие санитарным нормам.

— Только порядок рассмотрения.

— Это ещё страшнее.

Представитель «Баланса» подключился по видеосвязи. Денис не появился. Юрист компании начала с того, что назвала меня бывшей сотрудницей, получившей доступ к конфиденциальному продукту после семейного конфликта.

— Уточните, каким способом я получила упаковку, — попросила я, когда председатель дал мне слово.

— Через сотрудника компании.

— Сотрудник передал её добровольно как личную вскрытую упаковку. До передачи оформлена расписка. Доступа на территорию филиала я не получала.

Юрист открыла следующий файл.

— Проверка проводилась лицом без окончательной лицензии.

— В рамках практики под наблюдением наставника первой категории. Зоя Петровна, подтвердите.

Зоя предъявила журнал, свой допуск и карту работы. Арсений подтвердил, что служебный смыв не покидал его кейса и использовался в его присутствии.

— Госпожа Морозова сделала вывод о договорном воздействии продукции, — сказала юрист.

Председатель повернулся ко мне.

— Точная формулировка результата?

Я прочитала из протокола:

— «Между частным образцом сбора и официальным смывом морока выявлена контактная связь. Причина, время и способ контакта не установлены. Активного договорного воздействия в упаковке на момент проверки не обнаружено».

— Где здесь вывод о воздействии на потребителя? — спросил председатель у юриста.

— Подразумевается контекстом.

— Комиссия рассматривает зафиксированные действия, не подразумеваемый контекст.