Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы - Астрадени Джейн Страница 45

— Ссс!

Резко закружилась голова. В сознании помутилось. И что-то шевелилось вокруг неясно, как в полусне. Прикосновения… Это с неё стягивали мокрую одежду, растирали, ворочали, куда-то несли и она плыла, покачиваясь на волнах. Темнота, свет, темнота, свет… Тишина… Лёгкое потрескивание, размытость очертаний, небытие… Падение!

Вика словно упала с высоты, открыла глаза, села и огляделась. Круглая комната, но другая. Вместо бассейна в центре — внушительная чаша с песком. Он-то и потрескивал, загораясь искорками. Над чашей сиял резной колпак на витых змеевидных опорах, и от него исходило тепло. Ещё в комнате стоял комод, два сундука и сервировочный столик. Уставленный тарелками и вазочками под крышками и салфетками. А девушка восседала на низком широком диване среди подушек, закутанная в пёстрое одеяло.

Она всё вспомнила! Спохватилась, ощупала себя и скинула одеяло.

Так и есть!

Кто-то раздел её, пока она была без сознания, не оставив нижнего белья, а взамен нарядил в расшитую узорами рубаху, просторного кроя, до самых пят. Викуся натянула мягкую ткань себе на колени и насупилась. В ожидании того нахала, который её раздел.

На комоде приглушённо светила лампа. А витражи озарялись всполохами молний. Снаружи лупил дождь и бушевала буря, сгибая и раскачивая деревья в кущах. Мокрые ветки хлестали по окнам. Вика даже порадовалась, что она здесь, а не там.

— Проснулась? — в комнату поднялся Дэасс.

Вернее, сперва Вика узрела голову заламина над полом, а постепенно и всё остальное — плечи, торс…

«Значит, это второй этаж, а в полу — люк, и сюда ведёт лестница».

Вика перевела дыхание. Дэсс был одет — в такую же рубашку, как и она, только подол едва прикрывал ему колени. Но всё лучше, чем ничего. Она успела отметить крепкие загорелые икры и смутилась, углядев кончик жала, торчащий из-под рубахи.

— Разве я спала?

— Яда-транс сродни дремоте.

Он принёс с собой медный кувшин и поставил его в чашу очага, чуть вдавив и прикопав в песок металлической лопаткой на длинной ручке.

— Это происходит с теми, кто впервые пробует яд наггевара.

— Ой, — Вика испугалась и перешла на шёпот. — Я теперь… зависима?

Дэасс рассмеялся.

— Нет, этого мало. И важен особый настрой заламина, а я… — он запнулся. — Но тебе по вкусу моя отрава, а значит, — глаза у него блеснули ядовито-зелёным, — ты мне тоже по вкусу.

— Что это значит? — Вика отодвинулась на всякий случай и упёрлась в пухлые валики диванной спинки.

Заламин не предпринял никаких поползновений.

— Не бойссся, — прошипел он, взял со столика прихватку и, подцепив за ручку кувшин, разлил по чашечкам тёмный напиток. Выудил из-под салфетки блюдце и подал Викусе «напёрсток» на блюдечке. — Пей. Это вкусссно.

И сам отхлебнул из своей чашки.

Вика с опаской разглядывала тёмно-коричневую пряно пахнущую жидкость.

— Что это?

— Отвар, очень полезный. Бодрит, ссс. Из коры дерева гойсси.

Девушка отважилась, попробовала напиток кончиком языка и тотчас сделала глоток.

— Вкусно! И правда вкусно!

Ароматное питьё отдалённо напоминало какао с молотым орехом и корочками апельсина.

Викуля понемногу выпила всё и отдала чашку с блюдцем заламину.

— Спасибо.

— Так лучше?

Она кивнула. И правда, как будто прибавилось сил.

— Хочешь ещё?

— Нет, спасибо. Потом… Может быть.