Агент: Ошибка 1999 - Денис Вафин Страница 48

Он выпрямился. Отряхнул колени — пыль подвальная, мелкая, серая, въедливая.Сумка на левом плече, инструменты внутри тихо звякнули друг о друга.Антон вытер ладонь о куртку, но медь осталась — в порах, в уголках ногтей, в складкахкожи. Будет пахнуть завтра.Может, послезавтра.

Район без телефонов в радиусе двух кварталов.Около тысячи квартир.Может, больше — Антон не считал.Обычно он считал всё, но сейчас не хотелось.Тысяча квартир — это много телефонов, которые замолчат к утру.Много гудков, которые уйдут в пустоту.

Это надо было почувствовать — как победу, как ужас, как хоть что-нибудь.Внутри было тихо. Не пусто — тихо.Как после длинной смены, когда работа сделана и ты выходишь на воздух, и дышишь, иничего не надо. Запах мокрого асфальта, чьей-то жареной картошки из окна первого этажа —нормальный московский запах, ночной, осенний.Антон вдохнул и стоял секунду, глядя на тёмный двор, на лавочку у подъезда, на разбитыйфонарь. Мир не изменился.Ничего в нём не треснуло.Телефоны замолчали — а двор стоял как стоял.

Первая мысль была не о проводах.

Я не тронул деда. Почему-то это важнее, чем провода.Не знаю, почему.

Антон убрал обрезки в карман.Отмахнулся от мысли — некогда.Впереди дорога до типографии: метро, пересадка, ночные переходы.

Мысль осталась. Ладно.Пусть сидит.

Четыре часа назад всё выглядело проще.

Последние пять суток были нормальными — настолько, что Антон начал забывать.Оператор молчал.Агент висел синим прямоугольником в углу зрения, но текста не выводил, иможно было почти привыкнуть и перестать замечать.Антон чинил локалку в типографии, перетянул витую пару от сервера печати, обновилсетевые драйверы — спал нормально по ночам, ел три раза в день, позвонил маме.Нормальная жизнь. Та, в которой он сетевик в подвальной типографии, а неинструмент в чужой игре.

Потом, вечером двадцать второго, текст пришёл.Зелёный на синем. Пять дней тишины закончились.И Антон не удивился — он ждал.Каждый из этих пяти дней он ждал, и каждый вечер проверял: мигает?нет? — и когда наконец мигнуло, внутри не было ни облегчения, ни ужаса.Только тупая привычка.Тело помнило прошлые санкции: мигрень, тошноту, панику.И тело не хотело их снова.Проще сделать.

На кухне в Чертаново пахло тушёнкой и вчерашним хлебом.Антон сидел за столом, доедал макароны — «рожки» из пачки за три пятьдесят, к нимполбанки тушёнки, жирной, солёной, со знакомым привкусом олова от банки.Вилка была Катина, с цветочком на ручке, детская ещё, из Барнаула.Катя легла час назад — Антон слышал через стену, как она ворочалась, потом затихла.Уроки у неё к десяти — ещё выспится.

На столе рядом с тарелкой — тёмная сумка.Расстёгнутая. Внутри, в ряд: пассатижи, кусачки новые (купленные на Митинском рынке засорок рублей, с оранжевыми ручками), отвёртка крестовая, фонарик с прищуром, тонкиеперчатки медицинские, изолента.Шесть предметов. Антон проверил в сотый раз, провёл пальцем по лезвию кусачек — острые.Хорошо. Он раскладывал инструменты в том же порядке, в каком готовил рабочее место устойки: сначала то, что нужно первым.Когда-то он так же готовил отвёртки перед сборкой сервера, и руки делали, а головаотдыхала. Правильный инструмент в правильном порядке, и результат будет правильный.Простая схема. Единственная, которая работала.