Желание богов - Тан Ци Страница 51

Но даже тогда…

Правила Девяти небесных сфер гласят: смертный, ставший бессмертным, должен отринуть семь желаний и усмирить шесть чувств, иначе его лишат статуса небожителя, отнимут бессмертное тело и вернут в круг перерождений.

Так что даже если они взаимно любят друг друга… Даже если она готова страдать ради него и идти на любые жертвы… У них нет будущего.

А Чэн Юй и вовсе ничего не понимает. Не знает, что такое любовь. Не любит его, не тоскует по нему. Она по-детски наивно считает его старшим братом, тянется к нему всем сердцем, надеется на него и искренне ему доверяет.

Но с той ночи, когда он осознал свои чувства, ее невинная близость стала для него пыткой. Поэтому он старался избегать ее, надеясь, что она оставит его в покое – и все закончится само собой. Однако даже холодность, отчуждение и неоднократные отказы не остановили ее. Упрямая, несгибаемая, она перелезла через стену, чтобы добиться ответа. Его объяснения ее не удовлетворили – и она принудила его к откровению.

Во всем мире только она одна могла чего-то добиться от него силой.

В тот момент Лянь Сун действительно разозлился – и на нее за это давление, и на себя – за то, что не колеблясь подчинился ее воле.

И тогда в его сердце родилась злоба. Он хотел, чтобы она пожалела. Хотел напугать.

Поэтому он опрокинул ее на край источника и поцеловал со всей сокрытой в нем жестокостью, надеясь испугать ее так сильно, чтобы княжна больше никогда не посмела к нему приблизиться.

Да, сначала этот поцелуй должен был напугать ее.

Под его натиском ее лицо и вправду исказилось от ужаса, как он и хотел.

Бледное от страха, без кровинки, оно напоминало искрящийся весенний снег – белый до прозрачности. И только ее нежные губы, истерзанные его неистовой лаской, влажные и трепещущие, алели, словно лепестки красной сливы, вдруг расцветшей посреди снега, – хоть и холодно, но красиво настолько, что от одного взгляда смягчается покоренное сердце.

В этот миг третий принц не удержался и остановился, чтобы посмотреть на ее завораживающее лицо. И поцелуи, которыми он будто наказывал ее, изменились.

В тот момент, когда он наклонился, нежно коснувшись уголка ее губ, он почти забыл, что делает.

Он всегда знал, насколько она прекрасна. И он точно знал, что красота – это пустота.

Необычайно смышленый третий сын Небесного владыки, бог воды, повелитель четырех морей, с детства не вылезал из книгохранилища Верховного владыки Дун Хуа. Он досконально изучил законы мироздания и познал суть вещей.

Как он мог не понимать, что такое внешняя форма?

Именно поэтому, когда ему было интересно любоваться красотой окружающих его женщин, он видел их прелесть. А когда интерес отсутствовал либо же не хватало времени, они ничем не отличались для него от иссохших костей.

Владыка Цин Ло однажды полюбопытствовал, откуда у третьего принца такая сила сосредоточения.

Тогда Лянь Сун усмехнулся и ответил ему строкой из «Дхаммапады»:

— Из костей сделана эта крепость, плотью и кровью оштукатурена; старость и смерть, обман и лицемерие заложены в ней[21].

И пояснил:

— Тело подобно крепости: кости – его стены, плоть и кровь – скрепивший их раствор. В нем живут старость, болезни, смерть, обман и лицемерие. Вот сущность внешней формы. Поняв это, как можно ей прельститься?