Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи - Татьяна Булгава Страница 52

Свадебный пир продолжался до полуночи.

Гелла рассказывала истории о своей учёбе, Омэн молча пил вино, Торнберг танцевал с какой-то преподавательницей, а Ксавьер и Лисса сидели за столом, держась за руки.

— Мы справились, — сказала Лисса.

— Мы только начали, — ответил Ксавьер. — Впереди целая жизнь.

— И она будет счастливой?

— Обещаю.

Она положила голову ему на плечо, и они смотрели на звёзды, как тогда, на крыше, но теперь уже не таясь, не боясь.

Потому что это была их история. И она продолжалась.

Глава 20. Первые дни

Глава 20. Первые дни

Утро после свадьбы выдалось солнечным и тихим. Лисса проснулась от того, что кто-то настойчиво тёрся мордой о её руку. Порох — рыжий хулиган — сидел на подушке и требовал завтрака.

— Иди к Ксавьеру, — прошептала она, пытаясь увернуться от мокрого носа.

— Он уже ушёл, — раздался голос мужа.

Лисса открыла глаза. Ксавьер стоял в дверях спальни, одетый в простую рубашку и штаны, с двумя кружками кофе в руках. Его рыжие волосы были растрёпаны, а на лице сияла глупая счастливая улыбка.

— Ты чего так рано? — спросила она, садясь.

— Академия не ждёт. Торнберг прислал записку — в восточном крыле протекла крыша. Нужно срочно вызывать магов-ремонтников.

— В день после свадьбы?

— Проблемы не выбирают время.

Он поставил кружки на тумбочку, сел рядом. Порох тут же перебрался к нему на колени.

— Я могу помочь, — сказала Лисса.

— Ты можешь спать дальше, — он поцеловал её в лоб. — Я сам разберусь.

— Я начальник стражи. Моё дело — охранять академию, даже если она течёт.

— Тогда вставай, — он усмехнулся. — Кофе остынет.

Она потянулась и, наконец, выбралась из-под одеяла.

Протёкшая крыша оказалась не единственной проблемой.

Когда Ксавьер и Лисса пришли в восточное крыло, их встретил взволнованный комендант.

— Там не только вода, — сказал он, показывая на потолок. — Потолок может рухнуть в любой момент. Нужно эвакуировать комнаты.

— Сколько людей живут в этом крыле? — спросил Ксавьер.

— Двадцать преподавателей и их семьи.

— Тогда действуем быстро, — Лисса уже раздавала указания стражникам. — Вы — на первый этаж, вы — на второй. Предупредить всех, организовать временное размещение в главном корпусе.

— А семьи с детьми?

— В ректорское крыло. Там есть свободные комнаты.

Ксавьер смотрел на неё и улыбался.

— Что? — спросила она, поймав его взгляд.

— Ничего, — ответил он. — Просто любуюсь.

— Не отвлекайся, ректор. Работай.

Он кивнул и пошёл вызывать магов-ремонтников.

К вечеру всё было улажено. Крышу починили, комнаты проветрили, преподавателей разместили. Порох, который успел оббежать все этажи и переполошить кошек, уснул на коленях у Торнберга.

— Зачем вы его взяли? — спросила Лисса, увидев эту картину.

— Он сам пришёл, — ответил Торнберг, осторожно гладя рыжий комок. — И я не смог отказать.

— Вы становитесь мягче, магистр.

— Это вы на меня плохо влияете.

Он почти улыбнулся, и Лисса поняла, что он окончательно стал своим.

Ночью они лежали в темноте и слушали, как за окном шумит ветер.

— Ты счастлива? — спросил Ксавьер.

— Очень, — ответила Лисса. — А ты?

— Я не думал, что смогу быть счастлив, — признался он. — После юга, после Дориана, после всего… Я думал, что моя судьба — быть одному.

— Но я появилась.

— И всё изменила.

Он повернулся к ней, обнял.