Ворона в гареме. Книга 2 - Коуко Сиракава Страница 52

Гаоцзюнь неопределенно хмыкнул.

— У меня не такой острый слух.

Юндэ смущенно погладил бородку.

— Я вовсе не хожу, выискивая, где что можно подслушать.

— Я знаю.

Слегка улыбнувшись, император развернулся и пошел прочь от края галереи. Стоило лишь отвернуться от освещенного участка, как тени из-за яркого солнечного света снаружи показались еще более темными. Гаоцзюнь на миг замедлил шаг. В груди внезапно похолодело.

— Куда вы, ваше величество?

— Вернусь в свои покои…

Он пошел дальше. За ним беззвучно следовал Вэй Цин.

— Ваше величество, говорят, что если связаться с госпожой Вороной, то начнутся всяческие бедствия. У вас ведь есть и другие наложницы, – проговорил Юндэ ему вслед.

Гаоцзюнь повторил:

— Я знаю.

— Если нынешние вам не по нраву, то, как я уже и говорил, моя младшая внучка достигла подходящего возраста. Это младшая сестра госпожи Мандаринки…

— Мне достаточно наложниц.

Не обращая больше внимания на Юндэ, Гаоцзюнь быстрыми шагами исчез за поворотом галереи. Он знал, что Юндэ приручает придворных дам и дворцовых евнухов и многое от них «слышит». Знал правитель и о надежде своего советника на то, что Хуанян родит дитя, и о том, что терпение Юндэ скоро иссякнет.

Гаоцзюнь с детства почитал старика как своего учителя. Тот был мудрым, благородным и верным благодетелем, все это время поддерживавшим правителя. Потому и отплатить ему за службу нужно было как следует. Так все устроено.

Юндэ, конечно, вряд ли думал об этом. Он – основа для Гаоцзюня. А основа должна быть прочной. Для этого нужна кровная связь. Это Гаоцзюнь понимал. Понимал он и то, что Юндэ любил свою внучку, и то, что старик пытался укрепить позиции Гаоцзюня. Прекрасно понимал.

Однако он чувствовал и то, что скрывалось за словами Юндэ, что пряталось в глубине его сердца. «Я столько отдал тебе – ты не можешь меня предать, не должен мне сопротивляться».

Гаоцзюнь стал забывать утешающий, направляющий голос Юндэ, который был слышен, когда мать и Дин Ланя убили, когда его самого лишили права на престол и заключили под стражу. Хотя смех вдовствующей императрицы до сих пор звучал у него в ушах…

Ему показалось, что сзади слышны торопливые шаги, звучавшие холодно и мрачно.

* * *

Шоусюэ покачивалась в паланкине. В нем она ехала впервые и не ожидала, что будет так трясти. Девушка думала, что он должен двигаться гораздо изящнее. Паланкин несли евнухи. Впереди и позади тоже шли евнухи, рядом шагали Цзюцзю и Вэнь Ин. Занавеси опущены, вокруг ничего не видно. До слуха Шоусюэ доносился лишь назойливый хруст гальки под их ритмичными шагами. Они направлялись в Храм кедровки.

Права ли она? Сюэ Юйюн оказался старинным другом Линян. Это тронуло девушку. Ей захотелось встретиться с дунгуанем и расспросить его.

Хруст камешков под ногами носильщиков прекратился, паланкин опустили на землю. Занавеси подняли, и Шоусюэ заморгала от яркого дневного света. Когда глаза привыкли, она вылезла наружу. Внутри было душно, и теперь она наконец-то вздохнула полной грудью.

За воротами госпожу Ворону ждали дунгуань и его монахи, одетые в серое. У старика, стоявшего в центре, платье было темнее, чем у остальных. Шоусюэ неторопливо приблизилась к нему. Шаги девушки сопровождались легким шорохом, когда подошвы касались камешков.