Ворона в гареме. Книга 2 - Коуко Сиракава Страница 54

— Я очень рад, – проговорил Юйюн.

Солнечные лучи наполняли комнату. Шоусюэ слушала рассказы про Линян. Юйюн рассказывал, что они с Линян учились у одного наставника, сидя за одним столом. Говорил о ее наивном беспечном детстве, о том, какой оторвой, не уступавшей мальчишкам, она была. Но в дальнейшем повествовании Линян раскрывалась уже как величественная и благородная дева.

Шоусюэ была знакома лишь постаревшая Линян. Теперь девушка слушала иные истории, и наставница будто вновь обретала форму. Но не было ощущения, что это рассказы о ком-то чужом. Линян оставалась самой собой.

— Наверное, она с детства была такой, – чуть улыбнулась Шоусюэ.

Юйюн замолчал и посмотрел на слепящий солнечный свет в окне. Неожиданно от двери послышался голос одного из монахов:

— Дунгуань Сюэ, госпожа Ворона…

— В чем дело? – спросил Юйюн, повернувшись.

— Его величество изволил прибыть.

— Что?! Вот человек… – пробурчал старик. – Всегда появляется внезапно.

— А Гаоцзюнь часто приходит?

— Да. Правда, я никак не пойму, что ему может быть интересно в этом заброшенном месте.

— Что ж. Он привык.

— К чему?

— К тебе.

На лице Юйюна появилось странное выражение.

— Хм. Нет, его величество изволит посещать меня только по делам, связанным с госпожой Вороной.

Когда монах проводил в хижину Гаоцзюня, Юйюн поклонился, но не стал скрывать недовольства:

— А сегодня вы за какой надобностью пожаловали?

— Я возвращался в свои покои, но подумал, что Шоусюэ как раз должна быть у тебя, вот и завернул сюда.

Гаоцзюнь, казалось, не обратил никакого внимания на недовольство старика и спокойно опустился на лежанку, которую принес монах. Видимо, Юйюн всегда вел себя подобным образом, и Гаоцзюнь не принимал этого близко к сердцу. Вот если бы здесь был Вэй Цин, он наверняка удивился.

— Кажется, у тебя привычка посещать того, кто к тебе не очень хорошо относится.

— Ты это о чем?

— Хотя упрямцем ты не кажешься.

— Мне хочется приходить, вот и прихожу. И к тебе хожу, потому что хочется.

— Можешь не приходить. Тебе что, больше навещать некого?

При этих словах Гаоцзюнь вдруг отвел взгляд:

— Пожалуй, так и есть.

Он был так похож на брошенного, неприкаянного ребенка, что Шоусюэ смутилась.

— Ты ведь можешь пойти к Хуанян?

Шоусюэ подумала, что из всех наложниц госпожа Мандаринка наиболее близка ему, но…

— Хуанян – внучка Юнь Юндэ.

На лице Гаоцзюня сохранялось все то же растерянное детское выражение. Шоусюэ покачала головой. Правитель, словно придя в себя, взглянул на нее:

— Нет-нет, не обращай внимания. Забудь.

Девушка промолчала, глядя на него, но правитель отвел глаза.

«Что ж, и император порой оказывается в сложном положении», – подумала она и встала.

— Я свои дела закончила. Пойду к себе.

— Это все?

— Я достаточно выслушала историй. Теперь ты можешь с ним поговорить.

Гаоцзюнь серьезно посмотрел на нее:

— Спасибо.

Шоусюэ удивленно выпрямилась:

— Тебе не за что меня благодарить!

— Мне кажется, ты добрая.

Девушка поморщилась и бросила, направляясь к двери:

— Не знаю. Я ухожу.

Но перед тем, как протянуться к дверной ручке, она вновь посмотрела на Юйюна.

— Я могу снова прийти, чтобы послушать про Линян?

Шоусюэ ожидала, что старик скривится, но он не изменился в лице.

— Прошу. Когда вам будет угодно, госпожа Ворона.