Злодейка желает искупления - Татьяна Антоник,Аника Град Страница 55

— А еще... — он понизил голос, — я принес кое-что особенное.

Из-за пояса он достал маленький бумажный фонарик в форме кролика.

— Если зажжешь его ночью в саду, можно увидеть, как тени превращаются в духов.

Юнлун схватил фонарик и прижал к груди.

— Правда?

— Проверим в следующий раз, — пообещал Яо.

Он хотел сказать еще что-то, но вдруг мальчик нахмурился.

— Бабушка опять приходила. Говорила, что моя мать была... — он замялся, — плохой женщиной.

Яо Веймин стиснул зубы. Он знал, что старая императрица Джан Айчжу ненавидела наложницу, родившую Юнлуна.

— Не слушай ее, — тихо сказал он. — Твоя мать была доброй и красивой женщиной.

— Она называет ее ведьмой! Хотя сама сущая демоница.

— Тссс... — Яо положил палец на губы. — Не повторяй этих слов при других.

Юнлун надулся.

— Но она и правда ведьма! Злая, противная...

Яо не сдержал усмешки.

— Да уж, грымза еще та.

Мальчик фыркнул, и вдруг они оба рассмеялись — тихо, как заговорщики.

— Я хочу переехать, — неожиданно сказал Юнлун. — Эти комнаты слишком близко к ее покоям.

Генерал задумался. Посмотрел вокруг — на эту роскошную, но холодную клетку.

— Я поговорю с Юншэном, — пообещал он. — А пока... — Он достал последний подарок, маленький свисток, вырезанный из персиковой косточки.— Если тебе будет страшно или одиноко — свисти. Мои люди услышат.

Юнлун бережно взял свисток и спрятал его под подушку.— Ты... ты скоро опять придешь? Не забудешь про меня?

Яо Веймин встал и потрепал мальчика по волосам.

— Через три дня. Принесу воздушного змея. Мы запустим его с западной башни,там самые сильные ветра.

Когда он вышел в коридор, его лицо снова стало строгим и непроницаемым. Зато в груди оставалось тепло и странное чувство вины.

"Как грустно, что такому ребенку досталась такая сложная судьба", — думал Яо, шагая по темным коридорам дворца. — "Вокруг него мало близких, сплошные тени".

Глава 7. Шэнь Улан

О, как же прекрасны были крепкие вина! Или чем там наполнил свое брюхо Шэнь Мэнцзы?

Сначала я жутко перепугалась. На помощь не позвать, все видели, как я уводила молодого господина. А если бы поднялся переполох, вряд ли Шэнь Куон вступился бы за служанку.

К счастью, не пришлось идти по темному пути, даже не попыталась огреть мужчину чем-то.

Он... просто... захрапел.

Навалился на меня мешком и бессовестно захрапел, остановив притязания. Негодяй!

Приятного мало, я едва выбралась, повторно благодаря Небеса, что служанки этого не видели, и Шэнь Мэнцзы не продолжил...

Меня передёрнуло от омерзения. Хотелось теперь помыться... Но я не была госпожой в глазах слуг, по первому зову мне не нагрели бы воды.

Всё равно умылась, как могла. Натёрла шею и руки, лишь бы перестать чувствовать эти омерзительные касания.

Сон не шёл, словно духи меня наказывали, не давая отдохнуть. И утром я встала в таком настроении, что казалось, будто вернулась в мир прежняя тиранша Шэнь Улан.

Пришлось отгонять эту мрачную мысль, запретив себе даже шутить так.

Всё утро я почти не покидала покоев, выделенных для Лю Цяо. Без Фу Кана и некому было особенно следить, как работает каждая горничная, и я злоупотребляла царившей в поместье суматохой. Жаль, но после полудня пришлось всё-таки выйти. И конечно же, как по воле бога демонов, я столкнулась нос к носу со своим обидчиком.