Сквозь лед и пламя - Андрей Булычев Страница 56

После затяжного подъёма тропа пошла по самому краю пропасти. Местами она сужалась настолько, что людям приходилось вплотную прижиматься к скале, пропуская и придерживая вьючных животных. Бросая взгляд в глубину ущелья, солдаты видели лишь мутную серую дымку, скрывавшую бурный речной поток.

Пьемонтцы шли молча, лишь изредка перекликаясь – коротко и гортанно, – когда нужно было предупредить об опасном участке.

Молодой пионер Тихон пристроился сразу за спиной фельдфебеля. Он то и дело оглядывался на мулов, чьи тёмные силуэты с мерно покачивавшимися вьюками казались в полумраке призрачными.

— Дядька Михаил, а долго нам ещё? – спросил он вполголоса, когда караван замер перед очередным крутым подъёмом.

Уфимцев, не оборачиваясь, поправил лямку заплечника:

— Сколько надо, столько и пройдём. Ты за своей скотиной лучше приглядывай – поклажа сидит хлипко. На привале верёвки перетянешь.

Тишка согласно кивнул и чуть отстал, приноравливаясь к шагу животного. В этот миг сверху сорвался крупный валун. С глухим ударом он рухнул на тропу в каком-то шаге от мула. Животное испуганно фыркнуло, отпрянуло, копыта скользнули по влажному камню, и мул с жалобным коротким ревом сорвался в бездну. Бочонки с порохом мелькнули в воздухе, ударились о выступы скал и разлетелись в щепки.

Все, кто стоял на карнизе, инстинктивно зажмурившись, вжались в камни в ожидании взрыва. Секунды тянулись мучительно долго, но детонации не последовало. Лишь гулкое эхо прокатилось по ущелью и медленно затихло внизу.

— Пронесло… – выдохнул кто-то из пионеров. – Рвани сейчас – и всем бы крышка, камнями бы завалило к лешему.

Уфимцев медленно поднялся, отряхивая колени.

— Вставайте, братцы. Пора. Половина пути позади, до перевала засветло добраться нужно. Эх, Тишка, Тишка… Говорил же тебе: за животиной лучше приглядывай. Иди теперь Яшке помогай, коль своего не уберёг. За потерю пороха их благородие по головке не погладит.

Караван снова тронулся, втягиваясь в узкую расщелину.

На самом перевале в это время уже кипела работа. Вьюгов встретил отряд у подножия огромного валуна. Придирчиво оглядел мулов, пересчитал тюки и бочонки.

— Все целы?

— Одного мула потеряли, ваше благородие, – хмуро доложил Уфимцев. – С пудовыми бочонками в бездну ушёл. Прямо на камни рухнул, но взрыва, слава богу, не случилось.

— Повезло, – Вьюгов покачал головой. – Ладно, разгружайтесь теперь. Вон там, видишь, под карнизом, пионеры уже подрывной ход заканчивают. Порох и все шнуры – к ним сносите. – Он махнул рукой в сторону расщелины, где под нависшей над дорогой скалой копошились люди. – Инструмент сюда. Сейчас всем раздадим, а то голыми руками работали.

Капитан Бегов стоял на груде камней, размечая стрелковые сектора. Рядом, в тени, отдыхали егеря, только что сменившиеся с работ.

Вьюгов подошёл к краю расщелины и по-хозяйски оглядел проделанное.

— Иван Ильич, – окликнул он Бегова. – Тут главное – не перестараться. Карниз, я скажу, держится на честном слове. Если рванём как надо – такой завал получится, что французы неделю разгребать будут.

— А если раньше срока рухнет? – Бегов кивком указал на глубокую трещину в скальной породе.

— Не должно, – Вьюгов уверенно постучал костяшками по камню. – Я тут, господин капитан, каждую жилку облазил. Заряд заложим с расчётом на позднюю детонацию. А вот там, – он махнул рукой в сторону самого узкого места перевала, – приготовим ещё один. Поменьше, конечно, но если жахнуть, когда они попрут…