Наставница для леди, или Счастливо оставаться! - Валентина Элиме Страница 58

Прогулка на этом завершилась. Мое внимание рассеялось, улетая далеко от уроков с близняшками. И мои подопечные сразу это заметили. Девушки сами предложили немного отдохнуть, а занятия продолжить уже через час или того больше.

— Что-то ты быстро, — проворчал Йенс, старательно пряча от меня крошки, когда я появилась в комнате.

Я подозревала, что слуги графа Кэмбелл подкармливают сову, но не думала, что так рьяно. Чем сова смогла уболтать их или уговорить, мне оставалось только догадываться.

— Тебе вредны булочки, Йенс. Разжиреешь и не сможешь летать, — прокомментировала я ситуацию. — Представь, как над тобой будут смеяться другие фамильяры, когда мы с тобой вернемся в пансион.

Оставив Йенса одного, чтобы он поразмыслил над своим поведением и любовью к выпечке, я прошла в ванную освежиться. Когда я вернулась в комнату, сова восседала на веточке, которую слуги графа соорудили специально для него. Крошек давно след простыл. Я всегда удивлялась, как Йенс умудрялся их убрать своими когтями или склевать таким клювом. Сегодняшний день не стал исключением.

— Почему занятие завершили так рано? — Йенс включил режим ворчливого наставника. — Близняшкам нужно заниматься и заниматься, чтобы потом ни им, ни тебе не пришлось краснеть на балу. Их первый бал совсем скоро.

— Граф вернулся, — сообщила я сове, взяв в руки книжку.

Чем еще скоротать время? Но читать совершенно не хотелось. В голове все мысли крутились вокруг одного единственного мужчины. Почему Себастьян остался, а мы уехали? И почему он вернулся не в духе?

— И это повод не заниматься? Девушки много чего еще не знают, — Йенс говорил и в то же время перелетал с места на место.

Неужели проникся моими словами и испугался ожирения? Чуть не рассмеялась, но вовремя успела прикрыть рот, словно я зазевалась.

— Близняшки разволновались, к тому же захотели поговорить с братом, — немного приврала я.

Ну не говорить же сове о том, что прогулка завершилась так скоро из-за меня. Я еще вчера наговорила всякого и теперь чувствовала себя не в своей тарелке. Подруг у меня здесь не было. Пришлось выплакиваться Йенсу.

— Лишь бы это не сказалось потом на них, — снова проворчал фамильяр и вылетел из комнаты. Вплоть до ужина, на который созвали всех, Йенс мне на глаза не попадался. Мне же легче. Но почитать тоже не получилось, как бы я не старалась вникать в строки.

На ужин я шла с понурой головой, словно на повинность к директору пансиона. Из воспоминаний Оливии было понятно, что шалости они совершали, и не один раз. Мне и самой приходилось держать ответ перед директором школы, но сегодня все было по-другому. Я шла словно на казнь. Почему нас всех позвали на ужин, я не знала, но догадывалась. Устроить разбор полетов. Кто какие ошибки совершил на пикнике и все такое. И я была уверена, что касательно меня у графа будет особенное мнение и вопросы. Ведь я не завязала ленту на его весло…

Шла в столовую, затаив дыхание. Слышала только шелест своего простого платья. В голове носились разрозненные мысли. Еще и Йенс оставил меня без поддержки. Приблизившись к заветной комнате, за дверью услышала голоса. Это означало только одно, что близняшки уже там, и все дожидались только меня. Я застыла возле двери. Впервые у меня не было желания появляться в столовой и ужинать с графом и его семьей. Но могла ли я отказаться, когда Себастьян отправил за мной самого Вильяма?