Академия ядов - Елена Станиславская Страница 58

— Начать жить заново. Вот что я хочу. – Ответ выпорхнул бабочкой, которой уготована скорая смерть: легкий и безнадежный.

— Посильная задача, – кивнула Лука и, перехватив Тьянин взгляд, тихо рассмеялась. – Не смотри так. Это правда. Я и сама в каком-то смысле проживаю не первую жизнь.

— Тоже из-за мужчины? – поинтересовалась Тьяна.

— Можно сказать и так, только романтика тут ни при чем. Сейчас мне портит кровь мужчина, раньше была женщина, а до нее другой мужчина. Не спрашивай. Эта история уходит корнями к Хозяину последнего пира. – Лука задумчиво поглядела вдаль и, наклонившись, прошептала то, ради чего затевался весь спектакль. – Дойди до северного конца парка, отыщи калитку в частоколе, позвони в колокольчик ровно три раза и скажи, что пришла от Луки. Тебе помогут.

Тьяна кивнула, и новая знакомая добавила:

— Никому не рассказывай об этом. Ни единой душе. Поняла меня? Если узнаю, что ты выдала секрет, найду и перережу горло. Вместо второй жизни у тебя не будет и первой.

Лицо собеседницы вдруг изменилось. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы Тьяна вцепилась пальцами в подлокотники и перестала дышать. Сквозь светлые глаза Луки проступили другие – темные; плавные линии лица стали резкими, а белые локоны превратились в черные патлы.

Тьяна зажмурилась, не понимая, что происходит. Сердце рвануло вверх и заколотилось в горле. С трудом протолкнув его обратно, она открыла глаза. Лука вновь стала Лукой. Мягко улыбнувшись, она развернулась, бряцнула браслетами и сказала через плечо:

— Ты же не упустишь свой шанс, правда, Тьяна?

Глава 12. Откровенность за откровенность

— Ты же не будешь мне врать, правда, Островски?

Тьяна вздрогнула, уловив странную схожесть вопросов Луки и Мару. Та спрашивала про шанс, этот про ложь, и оба хотели, чтобы Тьяна играла по их правилам.

Медович шагнул из-за угла и, приподняв козырек кепи, вгляделся ей в лицо. На секунду Тьяне показалось, что он продолжает изображать мерзавца: настолько вошел в роль, что забыл, где выход. Волоски на коже встали дыбом, между лопатками пробежал озноб. Или это от ночного ветра? Тьяна поняла, что вышла из клуба без накидки, да и покрывало осталось в гардеробе. Остывший воздух бесцеремонно забирался в вырез на спине. Тьяна обхватила себя руками, и в ту же секунду плечи накрыл пиджак Мару. От ткани тянуло апельсиновой корочкой и дубовой корой, подкладка бархатисто касалась кожи, и Тьяна не стала отказываться. Поглядев на Медовича снизу вверх, она быстро прикинула: что говорить и о чем умолчать.

Могла ли Лука действительно помочь ей? Подарить вторую жизнь? Избавить от «Любомора»? Тьяна не верила в это. Не верила в чудо.

Да, она видела нечто невероятное – одно лицо наслоилось на другое, – но разве оптический фокус мог освободить от оков яда? Да, Лука откуда-то узнала ее настоящее имя, но это тоже ничем не могло помочь. И да, новая знакомая грозила убить Тьяну, вот только она и так умирала. Как-то недостойно бояться обыкновенного ножа, когда отравлена магическим ядом.

Тьяна решила, что не будет врать Медовичу, и привычно подбодрила себя: «Пэстра».

— Я все расскажу, – произнесла она, – но вначале обновим условия сделки.

— Ты не забыла, кто чей должник? – В голосе Мару звучала насмешка.

Они перешли дорогу и направились к парку.