Лекарь для Дракона или (не)вернуть генералу власть - Ольга Ваниль Страница 6

— Так, ребята, — я поднялась с травы, отряхнула с себя какие-то лепестки и травинки и упёрла руки в бока, — не знаю, что вы тут устроили, но я не та, за кого вы меня принимаете. Да-да, спешу вас расстроить, но моё имя Наталья, а не это... как вы там меня называете?

— Аэлирин! — хором выдохнули несколько девиц.

— Да, точно, Аэлирин, — кивнула я, — так вот, я не Аэлирин, я Наталья Сергеевна Воронова, тридцати семи лет, прописана в городе Санкт-Петербург, работаю в аптеке, и меня только что сбил автобус, так что если вы не против...

— Аэлирин! — рявкнула женщина в диадеме, и в её голосе прорезалась такая властность, что я невольно осеклась. — Ты пугаешь нас, дитя, что на тебя нашло?

И действительно.

Я окинула взглядом сидящих вокруг меня девиц — юных, остроухих, до неприличия красивых — и заметила на их лицах неподдельный страх. Не наигранный, не театральный, а самый настоящий, от которого расширяются зрачки и бледнеют щёки.

Если это секта, которая выкрала меня из больницы — они явно переигрывают с актёрским мастерством.

— Так, — рявкнула я, решив, что лучшая защита это нападение, — если вы меня немедленно не отпустите, я обращусь в полицию!

Надеюсь, я выглядела достаточно грозно и серьёзно, хотя в глубине души происходящее начинало меня по-настоящему пугать. Одно дело списать всё на галлюцинации умирающего мозга или дурацкий розыгрыш, и совсем другое — стоять посреди незнакомого леса в окружении людей с острыми ушами, которые смотрят на тебя так, будто ты сошла с ума.

— Полли... ция? — переспросила женщина в диадеме, нахмурившись. — Что это?

— Стражи порядка, — пояснила я сквозь зубы. — Люди, которые арестовывают похитителей.

Женщина переглянулась с остальными, и в её взгляде мелькнуло что-то среднее между тревогой и усталым терпением, с каким обычно смотрят на капризных детей.

— Аэлирин, — произнесла она тоном строгой учительницы, которая объясняет очевидное в сотый раз, — Эйлориэль, Древо Первого Света, приняло тебя. Ты прошла инициацию и теперь одна из целительниц нашего рода. В твоих руках — сила жизни, дар исцеления, благословение предков. А ты стоишь здесь и пытаешься обвинить нас невесть в чём.

Она вздохнула и потёрла переносицу — жест, удивительно знакомый и человеческий для эльфийской королевы или кем она тут была.

— Да, — добавила она, — видимо, это моя вина. Я переборщила с вином для транса.

Вино?

Так, а вот это уже любопытно.

— Отведите её в деревню, — скомандовала женщина, взмахнув рукой. — Страшное позади, ей нужен отдых.

И все девицы, сидевшие вокруг меня, все как одна вскочили на ноги и подхватили меня под руки — нежно, но крепко, будто я и правда больная, которая сбежала из лечебницы и может в любой момент выкинуть что-нибудь непредсказуемое.

Господи, как стыдно.

Так стыдно мне не было, наверное, со времён третьего курса, когда я на спор с девчонками из общаги решила подкатить к молодому преподавателю философии — высокий, кудрявый, голос как у радиоведущего, и я после двух бокалов вина на студенческой вечеринке решила, что обязательно должна пригласить его «обсудить Канта за бокалом чего-нибудь покрепче». Подошла, выдала заготовленную речь про красивые глаза и притяжение противоположностей, и только потом заметила, что за его спиной стоит женщина лет сорока пяти, с поджатыми губами и убийственным взглядом — завкафедрой, как выяснилось позже, и по совместительству его жена. Девчонки ржали потом неделю, а я ещё два семестра старалась не попадаться ей на глаза.