Чинители. Вокзал, которого нет - Александр Матюхин Страница 6

Она обвела нас взглядом, посмотрела на маму и произнесла:

— Стоянка четыре с половиной минуты. Всё собрала?

Оказалось, мама уже держала у ног два рюкзака с вещами. Она торопливо протянула их нам.

— Младший едет?

— А куда же он от брата, – развела мама руками. – Пусть посмотрит, подумает. У него тоже выбор не за горами. Ты проследи, чтобы переоделись. В тёплом удобнее.

Я натянул лямки рюкзака на плечи.

— Надеюсь, ты предупредила их обо всём, что может встретиться на пути, – сказала бабушка. – О загадочном и страшном. Опасном и интересном. Куда не надо совать нос и о чём нельзя ни в коем случае ни у кого спрашивать. Так ведь? – Она не дала маме и рта раскрыть, взмахнула рукой. – Оба живо за мной, а не то вагончик тронется, перрон останется, и будем куковать с вами до следующего прибытия.

Думаю, не нужно уточнять, что в голове у меня снова закружился вихрь вопросов, но времени на них не оставалось. Мы с Максом быстро поцеловали маму и помчались на Изнанку.

Вот мы были в тёплой уютной детской комнате, за окном ранняя осень, яркое солнце. А вот перешагнули через дыру, и краски смахнуло невидимой рукой, превратив пейзаж в бело-серый. Исчезло ощущение тепла или холода. Ноги погрузились в снег, но не замёрзли. Изо рта вырвалось облачко пара, на щёки мгновенно налипли снежинки. Я обернулся и увидел на той стороне маму. Она достала те самые две иглы с нитками, которые мы вдевали, и быстро зашила отверстие точными стежками. Родной мир исчез, вокруг раскинулось бескрайнее заснеженное поле.

Мы бежали за бабушкой. На уровне металлических колёс вагонов со свистом вырывался пар. Дрожали рельсы. В какой-то момент поезд пронзительно загудел, дым встал столбом, и я едва не потерял бабушку из виду. Меня дёрнули за руку, я очутился у вагона – обычного, пассажирского. Мы на таком ездили с папой в Москву. Дверь была открыта, спущена лесенка. У вагона стоял высокий мужчина в форме вагоновожатого. Что-то в нём было необычное, но я не сразу сообразил, что именно.

— Вы Буратино! – воскликнул Макс.

И точно – он был деревянным. На лице проступали лёгкие трещинки, стеклянные глаза вращались в вырезанных глазницах, аккуратно сделанный нос торчал кверху, а губы были похожи на две приклеенные к лицу небольшие деревяшки красного цвета.

— У вас вырастет нос, если вы будете обманывать? – не унимался Макс, удивлённый не меньше моего.

— У вас вырастет язык, если вы будете так много болтать, – парировал деревянный человек. – Я Чур, один из множества Чуров, присматривающих за стоянками. Ни разу о нас не слышали?

— Не приходилось, – ответил я, ища взглядом бабушку.

Она, как оказалось, стояла позади меня.

— Тогда добро пожаловать в «Постсторонний экспресс», скоростной поезд, следующий по маршруту «Москва – Выборский вокзал». В поезде есть вагон-ресторан, детский вагон, вагон для забытия и вагон неопределённости, через который вы можете выйти на любой станции, если вдруг передумаете ехать дальше.

— Они точно не выйдут, – проворчала бабушка, протягивая Чуру билеты. – Им до депо.

Проводник оторвал у билетов корешки:

— Туалеты в технической зоне не занимать, крошки по вагону не разносить. Накажу!

— Он шутит. Чуры общаются только с пассажирами поездов, вот и нахватались разного. Не обращайте внимания.